Как провести этнографический диктант: Регистрация на Большой этнографический диктант 2020

Содержание

Страницы – Большой этнографический диктант

​​​

Результаты!​​

Результаты площадки Финансового университета можно посмотреть здесь​. Всем спасибо за участие!

Дорогие друзья!

​В этом году Большой этнографический диктант пройдет в Финансовом университете!

В России масштабная акция проводится уже второй год подряд. Большой этнографический диктант пройдет накануне Дня народного единства в каждом из 85 регионов России, а также в Азербайджане, Армении, Белоруссии, Казахстане, Кыргызстане, Молдове, Таджикистане, Туркменистане, Узбекистане, Абхазии и Южной Осетии. Кроме того, с предложением провести диктант обратились Бельгия и Франция.

Кто может принять участие?

Участниками диктанта может стать любой желающий, владеющий русским языком, независимо от образования, социальной принадлежности, вероисповедания и гражданства

Когда состоится диктант?

Международная акция «Большой этнографический диктант» пройдет в каждом субъекте Российской Федерации накануне Дня народного единства, 3 ноября.

​Где состоится диктант?

Диктант будет проходить по адресу: г. Москва, Ленинградский проспект, 51/1, ауд. 0804 и 0326

Начало диктанта в 10.00.​

Сбор участников начинается в 9.00​ в холле корпуса.

Как выглядит диктант?

Диктант состоит из 30 тестовых вопросов. 20 вопросов – одинаковые для всей России и стран ближнего зарубежья, а 10 составлены с учетом региональной специфики. Общая сумма баллов, которые можно набрать за правильное выполнение всех заданий – 30 (по одному баллу за каждый правильный ответ). На написание Большого этнографического диктанта отводится 45 минут

Для тех, кто по каким-либо причинам не сможет проверить свои знания на региональных площадках, на сайте Большого этнографического диктанта  www.miretno.ru будет организовано онлайн-тестирование

Когда результаты?

Результаты диктанта, правильные ответы на задания и разбор типичных ошибок будут опубликованы на сайте www. miretno.ru 12 декабря 2017 года


 

​​​


​”Задача диктанта заключается в том, чтобы после этой акции у жителей России, наших соотечественников за рубежом появилось желание изучать свои корни, традиции своих предков, узнавать больше о тех, кто живет рядом. Потому что знание является основой для взаимного уважения и согласия между людьми разных национальностей”​, –

Баринов Игорь​ Вячеславович​

Руководитель Фед​ерального агентства​ по делам национальностей
«Участникам предложен интересный, разнообразный спектр вопросов, отражающих всю этнографическую палитру нашей страны. Подчеркну, что знания, которые предстоит продемонстрировать во время диктанта, приобретаются самой жизнью», –

Логинов Андрей Викторович

Заместитель Руководителя Аппарата Правительства Российской Федерации



 

Подробную информацию о Международной акции «Большой этнографический диктант» можно узнать на сайте: www. miretno.ru

Официальная группа ВКонтакте: https://vk.com/miretno​

30 вопросов об истории, культуре и традициях России. Новости. Первый канал

Единство в многообразии. Тысячи людей приняли сегодня участие в масштабной просветительской акции «Большой этнографический диктант». Его писали на земле и в космосе, на Кавказе и в Антарктиде. Каждый мог проверить свои знания о культуре, истории, обычаях народов России. Сделать это не поздно и сейчас — тест доступен в Интернете.

«Народов много — страна одна» — негласный девиз этнодиктанта. Проверить свои знания на эту тему сегодня взялись тысячи людей от Москвы до самых до окраин. Буквально. Сотрудники станции «Прогресс» на Южном полюсе пытались вспомнить все о большой земле. Этнографический диктант в этом году пишут на всех континентах. Да что там, берите выше!

«Писать в условиях невесомости не очень удобно, поэтому я использую вот такой импровизированный столик. Ответы, которые мне покажутся правильными, я буду отмечать с помощью маркера», – рассказал космонавт Сергей Прокопьев.

Ну а на Земле за диктант первыми традиционно сели жители Дальнего Востока и их соседи — наши соотечественники, живущие в Китае.

«Что используют в качестве часов у кочевых народов Сибири: период активности насекомых, собачий лай, лучи солнца? Здесь нужно угадать просто», – сказала Алина Агатова.

«Достаточно сложно. В школе нам такой материал не давали, я в 8 классе учусь», — говорит Максим Кузьминых.

Этнографическое путешествие по России не выезжая из города. Ижевские школьники диктант писали в экскурсионном трамвае: стук рельсов, покачивание вагона, красоты за окном. Увлеклись так, что тест, не скрывая, решали вместе.

А дети этой школы в Грозном отдыхают — каникулы. За парты вернулись родители.

«Оставила семерых детей. Муж сказал, чтобы не подвела», — рассказывает Айшат Миштаева.

«Мне самой интересно, на что я способна. Потом по номеру, говорят, можно посмотреть результаты. Я для себя поставлю галочку, вам не покажу, так как 100 баллов не будет», – сказала Лаура Устарханова.

Впрочем, диктантом это можно назвать условно. Скорее тест с вариантами ответов. Всего 30 вопросов . Причем 20 — общие для всех, про страну, а 10 — региональные, для каждого субъекта федерации свои. На решение всего 45 минут.

«Что такое “пель-нян” или по-удмуртски хлебное ушко? Никогда не знал, что такое ушко, просто по аналогии написал, что это пельмень», — сказал телеведущий, продюсер Сангаджи Тарбаев.

«Этот диктант не только проверяет знания, он и образовывает. В этом главная его функция и главная удача», — говорит Оксана Солопова.

«Такие акции, как “Большой этнографический диктант”, призваны сделать прививку от стереотипов на национальной почве и выработать своеобразный иммунитет, в первую очередь, конечно, у молодых ребят, к национализму», – подчеркнул руководитель Федерального агентства по делам национальностей Игорь Баринов.

Ну а если не успели прийти и написать его лично — не страшно. Начиная с сегодняшнего дня и до 4 ноября включительно пройти этнодиктант можно онлайн на официальном сайте. В прошлом году так его сдали 200 тысяч человек.

Результаты диктанта опубликуют в День Конституции, 12 декабря. Но каждый хоть сейчас может восполнить пробелы — заглянуть в книги, интернет или просто поговорить с представляющим другую культуру соседом.

Новосибирский колледж пищевой промышленности и переработки

С 3 по 8 ноября 2020 года в Новосибирской области пройдет юбилейная международная акция «Большой этнографический диктант»

Международная акция «Большой этнографический диктант» – культурно-просветительское мероприятие, которое позволяет оценить знания населения о народах России и общий уровень этнокультурной грамотности.

Организаторами «Большого этнографического диктанта» выступают Федеральное агентство по делам национальностей и Министерство национальной политики Удмуртской Республики.

В 2020 году акция пройдет в онлайн-формате. При этом в каждом регионе будет создана уникальная офлайн площадка. В Новосибирской области статус такой площадки получило государственное бюджетное учреждение культуры Новосибирской области «Областной центр русского фольклора и этнографии».

В 2019 году свои знания в этнологии решили проверить 454 тыс. человек в России и за рубежом, было организовано 5800 площадок. Уникальными площадками проведения стали космодром Восточный в Амурской области, юрта в Республики Тыва.

Также, совместно с участниками, диктант написал и удмуртский Дед Мороз – Тол Бабай.

Традиционно в диктант включены 30 вопросов: 20 вопросов – общих для всех и 10 региональных, учитывающих особенности для каждого субъекта Российской Федерации. На написание диктанта участникам дадут 45 минут. Максимальная сумма баллов за выполнение всех заданий – 100.

«Проведение Большого этнографического диктанта не только позволит провести своеобразный мониторинг компетентности, но и привлечет внимание к этнографии как науке и еще раз поможет продемонстрировать, что многонациональность и поликультурность нашей страны – это источник нашей силы и конкурентоспособности», – считает Алексей Егорович Загребин, депутат Государственной Думы Российской Федерации, доктор исторических наук, профессор РАН.

Региональным куратором в Новосибирской области Большого этнографического диктанта является государственное автономное учреждение Новосибирской области «Агентство поддержки образовательных инициатив «Арис» при поддержке министерства образования Новосибирской области. Контактное лицо: И.о. директора Панин Павел Станиславович, т. 8 (383) 373-06-83, Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Приглашаем всех желающих пройти тестирование с 3 по 8 ноября 2020 года на официальном сайте международной просветительской акции «Большой этнографический диктант» http://miretno.ru/  Официальная группа ВКонтакте: https://vk.com/miretno

В Новосибирской области пройдет международная акция «Большой этнографический диктант»

Организаторами «Большого этнографического диктанта» выступают Федеральное агентство по делам национальностей и Министерство национальной политики Удмуртской Республики.

В 2020 году акция пройдет в онлайн-формате.

При этом в каждом регионе будет создана уникальная офлайн площадка. В Новосибирской области статус такой площадки получило государственное бюджетное учреждение культуры Новосибирской области «Областной центр русского фольклора и этнографии».

В 2019 году свои знания в этнологии решили проверить 454 тыс. человек в России и за рубежом, было организовано 5800 площадок. Уникальными площадками проведения стали космодром Восточный в Амурской области, юрта в Республики Тыва. Также, совместно с участниками, диктант написал и удмуртский Дед Мороз – Тол Бабай.

Традиционно в диктант включены 30 вопросов: 20 вопросов – общих для всех и 10 региональных, учитывающих особенности для каждого субъекта Российской Федерации. На написание диктанта участникам дадут 45 минут. Максимальная сумма баллов за выполнение всех заданий – 100.

«Проведение Большого этнографического диктанта не только позволит провести своеобразный мониторинг компетентности, но и привлечет внимание к этнографии как науке и еще раз поможет продемонстрировать, что многонациональность и поликультурность нашей страны – это источник нашей силы и конкурентоспособности», –

считает Алексей Егорович Загребин, депутат Государственной Думы Российской Федерации, доктор исторических наук, профессор РАН.

Региональным куратором в Новосибирской области Большого этнографического диктанта является государственное автономное учреждение Новосибирской области «Агентство поддержки образовательных инициатив «Арис» при поддержке министерства образования Новосибирской области. Контактное лицо: И.о. директора Панин Павел Станиславович, т. 8 (383) 373-06-83, [email protected]

Приглашаем всех желающих пройти тестирование с 3 по 8 ноября 2020 года на официальном сайте международной просветительской акции «Большой этнографический диктант» www.miretno.ru. Официальная группа ВКонтакте: https://vk.com/miretno.

В России проходит “Большой этнографический диктант”

https://ria.ru/20201103/diktant-1582835038.html

В России проходит “Большой этнографический диктант”

В России проходит “Большой этнографический диктант” – РИА Новости, 03.11.2020

В России проходит “Большой этнографический диктант”

В преддверии Дня народного единства — с 3 по 8 ноября — в России проходит Международная просветительская акция “Большой этнографический диктант”, сообщает. .. РИА Новости, 03.11.2020

2020-11-03T14:36

2020-11-03T14:36

2020-11-03T14:36

туризм

антарктида

удмуртская республика (удмуртия)

снг

новости – туризм

туристы

федеральное агентство по делам национальностей (фадн россии)

туризм

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e4/0b/03/1582835206_0:80:3022:1780_1920x0_80_0_0_1d19f3f2c080da0fdcfde27be521497a.jpg

МОСКВА, 3 ноя — РИА Новости. В преддверии Дня народного единства — с 3 по 8 ноября — в России проходит Международная просветительская акция “Большой этнографический диктант”, сообщает пресс-служба Федерального агентства по делам национальностей РФ. Формат проведения — онлайн. Задания опубликованы на официальном сайте www.miretno.ru. В этом году у пишущих диктант появилась возможность сразу узнать правильный ответ и получить историческую справку со ссылками на источники. Сертификат участника с указанием результатов формируется сразу после прохождения заданий и доступен в электронном виде.Мероприятие проходит в пятый раз по поручению президента России с целью оценки этнографической грамотности населения — знаний о народах, проживающих на территории государства. А также для привлечения внимания широкой общественности к вопросам межнационального мира и согласия.При организационной поддержке ФАДН России в 2017 году акция получила статус международной, ее поддержали страны СНГ, и количество участников увеличилось с 90 тысяч до 367 тысяч из 11 стран. В 2018 году этнографический диктант был включен в План реализации Стратегии государственной национальной политики на период до 2025 года и получил широкое распространение в России и по всему миру. Его написали 411 тысяч человек на 4567 площадках в РФ и на всех континентах земного шара, включая российскую полярную станцию в Антарктиде. В прошлом году участниками стали 454 тысяч человек на 5 800 площадках в России и 42 зарубежных странах. Самому младшему из писавших было шесть лет, самому старшему – 95.За все годы проведения акции в ней приняли участие около 1 200 000 человек из 46 стран.

https://ria.ru/20200123/1563744293.html

https://ria.ru/20201010/rgo-1579058247.html

антарктида

удмуртская республика (удмуртия)

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2020

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e4/0b/03/1582835206_173:0:2904:2048_1920x0_80_0_0_a6b5d7d94fd0a21dc1763d1f8adca75f. jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

антарктида, удмуртская республика (удмуртия), снг, новости – туризм, туристы, федеральное агентство по делам национальностей (фадн россии), туризм

МОСКВА, 3 ноя — РИА Новости. В преддверии Дня народного единства — с 3 по 8 ноября — в России проходит Международная просветительская акция “Большой этнографический диктант”, сообщает пресс-служба Федерального агентства по делам национальностей РФ.

Формат проведения — онлайн. Задания опубликованы на официальном сайте www.miretno.ru.

В этом году у пишущих диктант появилась возможность сразу узнать правильный ответ и получить историческую справку со ссылками на источники. Сертификат участника с указанием результатов формируется сразу после прохождения заданий и доступен в электронном виде.

Мероприятие проходит в пятый раз по поручению президента России с целью оценки этнографической грамотности населения — знаний о народах, проживающих на территории государства. А также для привлечения внимания широкой общественности к вопросам межнационального мира и согласия.

При организационной поддержке ФАДН России в 2017 году акция получила статус международной, ее поддержали страны СНГ, и количество участников увеличилось с 90 тысяч до 367 тысяч из 11 стран.

В 2018 году этнографический диктант был включен в План реализации Стратегии государственной национальной политики на период до 2025 года и получил широкое распространение в России и по всему миру. Его написали 411 тысяч человек на 4567 площадках в РФ и на всех континентах земного шара, включая российскую полярную станцию в Антарктиде.

23 января 2020, 08:00ТуризмБанный день в Антарктиде: как живут полярники и гуляют туристы

В прошлом году участниками стали 454 тысяч человек на 5 800 площадках в России и 42 зарубежных странах. Самому младшему из писавших было шесть лет, самому старшему – 95.

За все годы проведения акции в ней приняли участие около 1 200 000 человек из 46 стран.

10 октября 2020, 12:55ТуризмРГО планирует провести Географический диктант в новом формате

Большой этнографический диктант – БУ ВО “ЦИТ”

Накануне Дня народного единства, 3 ноября, в каждом регионе страны пройдет культурно-просветительская акция «Большой этнографический диктант». В этом году мероприятие получило статус международного – к его проведению подключилось Россотрудничество. Поэтому проверить уровень этнографической грамотности смогут не только жители России, но и соотечественники за рубежом.

–  Уникальность России заключается в ее национальном многообразии. В нашей стране живут 193 народа. Насколько хорошо мы знаем их историю, обычаи, традиции, культуру? Чтобы ответить на эти вопросы, проводится Большой этнографический диктант. В прошлом году он был организован впервые. Почти 90 тысяч человек на 800 площадках России от Владивостока до Калининграда, а также Турции и Швейцарии стали ее участниками. Было получено большое количество положительных откликов, поэтому Большой этнографический диктант мы решили сделать постоянным. Приглашаю всех желающих, в том числе наших соотечественников за рубежом, 3 ноября вместе с нами проверить свои знания о народах нашей страны, –  отметил руководитель ФАДН России Игорь Баринов.

Стать участником Диктанта могут все желающие. Достаточно обратиться на любую региональную площадку его написания, независимо от места жительства, либо в зарубежное представительство Россотрудничества. Их адреса можно будет найти на сайте www.miretno.ru  и на сайте ФАДН России www.fadn.gov.ru, а также в группах «Большой этнографический диктант» в социальных сетях. Итоги акции подведут ко Дню Конституции Российской Федерации – 12 декабря.

Организаторами «Большого этнографического диктанта» выступают Федеральное агентство по делам национальностей и министерство национальной политики Удмуртской Республики.

 

Для справки

В 2016 году «Большой этнографический диктант» написали почти 90 тысяч человек: 35 тысяч очно и более 50 тысяч – онлайн. Самым молодым участником Диктанта оказалась 12-летняя девочка из Ульяновской области, самым старшим – 80-летний мужчина из Мордовии. Средняя оценка за Диктант по стране составила 54 балла из 100 возможных.

Ссылка на диктант : Большой этнографический диктант-2017

как в Красноярском крае проходит Большой этнографический диктант-2020 / Новости общества Красноярска и Красноярского края / Newslab.Ru

Уже пятый год подряд у жителей России есть уникальная возможность проверить свои знания в области этнографии. Во всей стране, и в Красноярском крае в том числе, проходит Большой этнографический диктант. Несмотря на пандемию, в этом году акция объединила не меньше участников, чем обычно. Подробнее о том, как проходит Большой этнографический диктант-2020 и почему эта традиция важна для согласия между людьми разных национальностей, читайте в материале Newslab.

Не просто диктант

Большой этнографический диктант проводится в России пятый год подряд. Эта акция приурочена ко Дню народного единства и призвана не только проверить знания, но и вызвать у жителей нашей многонациональной страны желание узнавать больше о тех, кто живет рядом — погружаться в историю и культуру народов и народностей, изучать традиции предков. Организаторы диктанта (а возник он в 2016 году в Удмуртии) считают, что подобные мероприятия — это основа для взаимного уважения и согласия между людьми разных национальностей.

Большой этнографический диктант

Просветительская акция «Большой этнографический диктант» впервые прошла в 2016 году. Идея этого проекта родилась в Удмуртии. Было предложено провести масштабную проверку знаний по этнографии по аналогии с Тотальным диктантом. Идея нашла отклик, и диктант стали писать не только в пределах России, но и в других странах на разных континентах. Однако самой необычной площадкой стала Международная космическая станция, где на тестовые вопросы на орбите отвечал космонавт Сергей Прокопьев.

В целом по стране этнографический диктант объединяет сотни тысяч людей. В прошлые годы в нем приняли участие 1,2 млн человек. Красноярский край вносит весомый вклад в эту статистику. В этнодиктанте 2019 года участвовали 12 тысяч жителей региона, а это второй после Москвы результат. Но такой факт не кажется столь удивительным, если знать, что наш край — один из самых многонациональных и что проживают в нем представители не менее 159 национальностей.

Переходим в онлайн-режим

Пандемия внесла свои коррективы в организацию Большого этнографического диктанта. Если раньше он, подобно Тотальному диктанту, проводился на разных площадках, то теперь участники отвечают на вопросы в онлайн-режиме. Впрочем, это пошло даже на пользу акции, поскольку желающих проверить свои знания в этом году больше обычного.

Только за первый день акции в ней приняли участие 300 тысяч человек. Иногда на вопросы теста на сайте одновременно отвечают более 50 тысяч участников!

Этнодиктант проводится до 8 ноября включительно, и вы еще можете успеть проверить свои знания. Как говорят организаторы, некоторые вопросы могут показаться сложными, но не стоит этого бояться. Зачастую люди настолько погружаются в тему, что им уже не столько важен результат, сколько факт получения новых знаний.

«Диктант состоит из 30 пунктов, из которых 20 заданий — это вопросы, общие для всех жителей страны, а 10 — касаются только того субъекта, где проживает гражданин. Для Красноярского края религиоведами и этнологами составлены вопросы, которые прекрасно отражают особенности нашего большого региона. Да, есть достаточно сложные задания, но этот диктант не только для того, чтобы проверить себя. Он также предоставляет уникальную возможность узнать что-то новое. И часто участники, начав отвечать на вопросы, настолько погружаются в тему, что после продолжают изучать ее самостоятельно. Собственно, это одна из целей акции — привлечь внимание к этнографической грамотности», — рассказал координатор Большого этнографического диктанта-2020 в Красноярском крае Сослан Тадтаев.

Очный этап

В то же время у каждого региона есть право организовать одну оффлайн-площадку для проведения диктанта, и Красноярский край уже воспользовался такой возможностью. В День народного единства в фойе Дома дружбы народов собрались представители национально-культурных автономий края. При строгом соблюдении санитарно-эпидемиологических норм они написали диктант в очном режиме, и теперь ждут результатов.

Материалы по теме

«Я впервые принимал участие в этой акции и могу сказать, что это очень интересно. Во-первых, любопытно проверить свои знания. Во-вторых, интересно получить стимул к поиску новой информации и того, чего не знаешь или в чем сомневаешься. Лично у меня три вопроса вызвали сомнения, и я с нетерпением жду правильные ответы. С одной стороны, диктант был не слишком сложный, поскольку я давно интересуюсь национальными вопросами, но спорные моменты тоже были. Такие мероприятия, безусловно, способствуют объединению людей разных национальностей, потому что мы узнаем больше друг о друге, и наше отношение становится более доверительным. На следующий год с удовольствием приму участие в такой акции снова», — рассказал участник Большого этнографического диктанта, президент Красноярской региональной польской национально-культурной автономии «Полонез» Анатолий Чубаров.

Как принять участие в Большом этнографическом диктанте

Если вы тоже хотите принять участие в просветительской акции, переходите на сайт miretno.ru, нажимайте на кнопку «Пройти диктант», регистрируйтесь и начинайте отвечать на вопросы.

На выполнение тестовых заданий отведено 45 минут. По истечении этого времени доступ к заданиям окажется закрыт. Если тест сдан, вы получите сертификат с указанием результатов. Он формируется в электронном виде сразу после прохождения заданий.

Кроме того, у вас будет возможность сразу узнать правильный ответ и получить историческую справку со ссылками на источники. Также нынешний тест переведен на английский и испанский языки. Принять участие в акции может любой желающий.

Интернет-газета Newslab, фотографии предоставлены пресс-службой Дома дружбы народов Красноярского края

Проверка этнографических данных

Резюме

От антропологов все чаще требуется учитывать данные, на которых они основывают свои интерпретации, и делать их доступными для общественного изучения и повторного анализа. Хотя это может показаться простым (почему бы не разместить наши данные в онлайн-репозиториях?), Это не так. Этнографические «данные» могут состоять из всего, от стенографических записей («твердые данные») до воспоминаний и впечатлений («мягкие данные»). Точные данные можно архивировать и повторно анализировать; мягкие данные не могут.Акцент на достоверных «объективных» данных способствует делегитимации «мягких» данных, которые необходимы для понимания этнографии и без которых достоверные данные не могут быть правильно интерпретированы. Однако достоверность этнографической интерпретации требует возможности проверки. Этого можно достичь с помощью обязательных стандартизованных форм личного хранилища с возможностью аудита, если это необходимо, а также путем более подробного описания в публикациях характера и статуса данных и процесса интерпретации.

Ключевые слова: этнография, проверка, антропология, исследования, хранение данных

Тридцать лет назад Джеймс Клиффорд и другие показали, как антропологи формируют свой авторитет в этнографических текстах, представляя доказательства своего присутствия в поле (например, фотографии или анекдоты) и используя литературные приемы, такие как свободный косвенный дискурс, чтобы внушить, что их интерпретации разделяют их респонденты. Помимо этой критики текстовой самопроверки своего авторитета, антропологов обычно не призывали к объяснению природы и статуса данных, на которых они основывают свои интерпретации.Это удивительно, учитывая, что этнограф-одиночка, проводящий исследование в отдаленном месте, часто среди людей, которые вряд ли прочитают окончательный этнографический текст, вероятно, дает больше возможностей для приукрашивания или даже откровенного мошенничества, чем любые другие исследования. Однако это меняется, и растущая культура подотчетности и аудита в академических исследованиях начинает влиять на этнографические исследования.

В целом причины желания сделать данные научных исследований доступными и поддающимися проверке достойны похвалы.Предоставление данных позволяет другим проводить дальнейший анализ, не тратя ресурсы на сбор новых данных, и позволяет другим проверять достоверность результатов, тем самым защищая от мошеннических исследований и манипулирования результатами, что особенно актуально, когда могут иметь место значительные политические или финансовые интересы. быть вовлеченным в результат. Доступность и проверка способствуют повышению доверия к науке и исследованиям в целом в контексте растущего общественного скептицизма.Обеспечение доступа к данным исследований также кажется относительно простым. Многие виды данных уже регулярно собираются и хранятся в соответствующих архивах или репозиториях: данные обследований населения, эпидемиологические данные, клинические данные, экспериментальные данные.

Итак, следует ли хранить этнографические данные и сделать их доступными для целей проверки? Прежде чем ответить на этот вопрос, мы должны сначала определить, какие этнографические данные соответствуют и что мы имеем в виду – или, возможно, хотели бы иметь в виду – под их проверкой.

Во-первых, что такое этнографические данные? Антропологи (и все чаще другие дисциплины) проводят долгосрочные этнографические исследования с включенным наблюдением. То, как отдельные исследователи занимаются этнографией, варьируется. На более неформальном конце континуума есть этнографы, которые не используют какие-либо формальные методы для сбора данных – действительно, некоторые против самого понятия «данные», которые могут быть «собраны». Эти этнографы участвуют в местных мероприятиях или просто болтаются в сообществе и наблюдают, слушают, задают случайные вопросы и, возможно, делают заметки.Иногда это вопрос личного стиля, а иногда возникает необходимость, потому что обстановка или тема таковы, что более формальные методы, такие как интервью или даже открытое ведение записей, невозможны. На другом конце континуума находятся этнографы, которые собирают большую часть или все свои данные с помощью более формальных методов, позволяющих напрямую фиксировать информацию, таких как интервью, фокус-группы, анкеты, фотографии или сортировки.

Этнографические данные могут состоять из всего: от стенограмм интервью и других материальных артефактов, таких как фотографии или списки, до воспоминаний и впечатлений этнографа.Все этнографы возвращаются с поля с запасом этой более «субъективной» и отчасти подсознательной информации. Некоторые считают это своими основными данными, а другие – посторонними и не считаются данными. У меня было более одного аспиранта с унылой и неинтересной дословной транскрипцией интервью, который не хотел использовать обширную и актуальную информацию, хранящуюся в его голове, потому что это не были “ данные ”, и однажды я был одним из руководителей студента, чей руководитель запретил ей использовать в своей диссертации любую информацию, которая не была получена из стенограмм интервью по той же причине.

Даже если бы было желательно исключить такую ​​неофициальную информацию из интерпретации, это было бы невозможно, потому что сам опыт погружения во время обширных полевых исследований обязательно окрашивает любую интерпретацию более формальных данных. Я говорю здесь не только о роли информации, собранной во время неформальных бесед или случайно подслушанной или наблюдаемой, но и о трансформирующем характере самой полевой работы: этнограф, который появляется после такой полевой работы, иногда уже не тот человек, который приступил к ней. Это.Другими словами, часть «данных» воплощается в исследователе.

Итак, этнографические данные охватывают широкий онтологический диапазон от «твердых, объективных» документов и других физических артефактов до «мягких, субъективных» воспоминаний и переживаний. И проблема не столько в том, что между ними трудно провести четкую грань, сколько в том, что этнографические данные являются гибридными: самые сложные стенограммы подвергаются непрерывной переинтерпретации, основанной на памяти и опыте исследователя, а самые мягкие воспоминания а впечатления можно легко закрепить в текстах, например в полевых отчетах.Мягкая, субъективная информация уже похоронена в твердых, объективных данных из-за самого ее сбора.

Во-вторых, что на практике означают доступность и проверка по отношению к таким гибридным твердым и программным данным? Это будет означать, что будут храниться и проверяться только данные физических артефактов, такие как документы и записи. Для того, чтобы это сработало, эти артефакты должны быть разборчивыми (не у всех полевые записи разборчивы), и должен быть некоторый уровень интерпретируемости (фотография горы будет бессмысленной, если не будет ясно, что это была конкретная гора в Например, Камерун, где собирались ведьмы).Следовательно, хранилища этнографических данных в конечном итоге будут содержать только определенные типы разборчивых, физических данных, и это будут единственные данные, которые можно будет проверить. В результате этнографы, чьи данные в основном являются мягкими, будут подвергаться меньшему вниманию, чем те, у кого есть достоверные данные об артефактах.

В то же время, настаивание на доступности физических данных в качестве подтверждения проведенного исследования будет способствовать делегитимации мягких данных, которые необходимы для понимания этнографии.Эта тенденция уже заметна в академических публикациях, где рецензенты и редакторы журналов все чаще требуют, чтобы качественные исследователи представляли свои «данные» в форме цитат (как если бы такие фрагменты являются качественным эквивалентом цифр статистика), и ожидают методологического обоснования своих данных. подбор котировок с помощью программного обеспечения для кодирования. Во многих журналах мягкие данные отвергаются как слухи и анекдоты.

Предоставление доступа к данным для проверки не обязательно предотвратит мошенничество, поскольку недобросовестные этнографы, изобретающие и украшающие данные в своих публикациях, могут так же легко изобрести и приукрасить свои базовые данные, прежде чем сделать их доступными.Однажды я нанял местного выпускника для проведения параллельного исследования с моим в соседней деревне в Камеруне. Я объяснил свою гипотезу, и он много работал и предоставил много подробных и увлекательных стенограмм интервью, которые точно подтвердили мои предположения. Проблема заключалась в том, что мои собственные интервью показали, что я ошибался. Я поговорил с его помощником, который признался, что он, выпускник, никогда не выходил из дома и все придумал. Выпускник был хитрым и креативным, и если бы я не ошибся с самого начала и оказался в соседней деревне, я, возможно, никогда бы не узнал.

Но проблема проверки гораздо глубже. В ходе этнографического исследования принятия решений об эвтаназии в больнице мои респонденты нашли некоторые из их заявлений в моих стенограммах шокирующими не потому, что они их не делали, а потому, что они сделали. Они обнаружили, что в печати, на странице утверждения казались намного резче, чем они запомнили или намеревались. Я испытал похожее столкновение во время транскрипции: то, что я печатал с ленты, казалось мне намного жестче, чем мои воспоминания об тех же самых высказываниях в контексте настоящего интервью.

Это поднимает вопрос о том, является ли дословная запись наиболее точным способом расшифровки (и что в данном контексте должно означать «точность»). Это также имеет последствия для архивирования и проверки, а также для любых попыток проведения новых исследований на основе существующих данных. Что, если заархивированные тексты не отражают то, что «на самом деле» произошло, потому что их интерпретация (и, следовательно, их проверка) требует, чтобы они были должным образом читаемыми с разных точек зрения участников – то есть для этого требуются мягкие данные, которые по самой своей природе нельзя заархивировать?

Это еще больше усложняется потенциальной неоднозначностью, связанной с жанром речевого акта, из которого собираются данные.Когда Чарльз Бриггс размышлял о недопонимании во время интервью с парой гончаров, которым он был отдан в ученики в рамках своей полевой работы над диссертацией, он понял, что это произошло потому, что он предполагал, что записываемые им речевые акты были интервью (он был экспертом, проводившим собеседование. их), тогда как гончары видели в них учебные занятия (они были экспертами, обучавшими его). Если третья сторона попыталась проверить разговоры, сохраненные и классифицированные как интервью с респондентами, которые интерпретировали их как учебные занятия, не принимая во внимание программные данные обеих сторон, то можно было бы сделать вывод, что данные не прошли проверочный тест.

Все это, кажется, указывает на тщетность любых попыток проверки этнографических данных. Не так. Этнографов – возможно, больше, чем других исследователей – нужно привлечь к какой-то ответственности, особенно из-за природы их данных. И невозможность всесторонней доступности и проверки не обязательно означает, что не должно быть никаких попыток вообще.

Однажды я нанял консультантов по антропологии, чтобы они провели для меня исследования. В дополнение к отчету, результаты включали заполненные анкеты и расшифровки открытых интервью и полевые заметки, на которых был основан отчет.Отчет, когда они его представили, выглядел превосходно и был готов к публикации: он был подробным, полным цитат и таблиц. Я попросил другие результаты. Антропологи были ошеломлены: зачем они мне? все было в отчете. Наконец, после угроз судебного иска, они отправили данные. Таблицы не соответствовали анкетам, и самой длинной стенограммой «открытых глубинных интервью» был короткий абзац. Чего я ожидал, спросили: это этнография и данные у них в голове.Не говорите мне, , что у вас, , есть груды интервью и заметок о ваших собственных полевых исследованиях, – недоверчиво сказал один из них, потому что я не знаю ни одного антрополога, у которого они есть.

Дело в том, что у меня . И эти груды документов, фотографий и кассет вместе с более свежими электронными файлами существенно повлияли бы на достоверность моих этнографических исследований, если бы кто-нибудь их усомнился, несмотря на все оговорки, относящиеся к таким хранимым данным. выше.Это потому, что любая третья сторона, если я предоставлю им доступ, по крайней мере сможет подтвердить, что я действительно был там и брал интервью у людей, которых я, как я утверждаю, брал.

Так что, в конце концов, можно использовать какой-нибудь публичный репозиторий? Я так не думаю по причинам, о которых говорилось выше. Точные этнографические данные являются частичными и личными, что делает возможной простую проверку основных «фактов», но любое повторное использование или переинтерпретацию результатов затруднено в отсутствие мягкого компонента.Я бы неохотно делился таким образом личными и интимными историями моих информаторов, потому что это не то, что они имели в виду, когда доверяли их мне – и это не то, что я имел в виду, когда собирал их и предложил им взамен свои истории. Более того, перспектива публичного хранения, проверки и потенциального повторного использования вне контроля исследователей и их респондентов повлияет на способ сбора и регистрации данных, а также на готовность респондентов обсуждать деликатные или опасные вопросы и этнографов ». готовность спросить о них.

У меня есть три предложения. Во-первых, хранение в репозиториях не обязательно для базовой проверки фактов. Этнографам следует продолжить (или начать, если они еще не сделали этого) хранить свои физические данные в пыльных ящиках в гараже или на чердаке или, согласно современным исследованиям, на зашифрованных цифровых резервных дисках. Но сделайте практику частью дисциплинарного кодекса этического поведения и подотчетности и разработайте стандартный набор руководящих принципов – наилучшие дисциплинарные практики – о том, как это сделать. Простая запись дат и места проведения интервью, сведений об респондентах (где это возможно) и т. Д., кажутся мне довольно простыми и разумными. Легко представить себе ситуации, в которых это не очень хорошая идея, поскольку это может поставить под угрозу респондентов или исследователей, но эти ситуации не так уж и распространены, и причины отказа от записи таких данных можно легко отметить и заархивировать.

Также включите в этот кодекс явное отклонение требования некоторых комитетов по этике о том, что качественные исследователи уничтожают записи после транскрипции, а затем уничтожают транскрипции после анализа во имя конфиденциальности – неэтичное требование, если такое уничтожение не является тем, на что согласились участники исследования. или ожидали, когда они рассказывали свои истории, и потому что это препятствует самой проверке, которую такие комитеты должны защищать.Коллеги, профессиональные организации и комитеты по этике – приемлемые для исследователей и, в идеале, также для респондентов – будут потенциальными третьими сторонами, которые могут провести проверку, если это потребуется.

Во-вторых, этнографы уже могут пройти долгий путь в направлении повышения доступности, проверяемости и легитимности своих данных в своих публикациях. Хотя нормы несколько меняются, все еще часто встречаются этнографии, статьи, основанные на этнографических исследованиях, и докторские диссертации по антропологии, в которых не дается никаких указаний ни о продолжительности полевых работ, ни о количестве людей, с которыми разговаривали, а также нет описания методов, используемых для сбора данные.Молчание по этому поводу (и о знании этнографом местного жаргона) не вселяет уверенности в данных и интерпретациях.

В-третьих, этнографы могли представить больше своих данных в своих этнографиях, то есть позволить участникам больше высказывать свое мнение. Этнографы, как правило, экономно представляют голоса своих собеседников – по-прежнему царит свободный косвенный дискурс. Вместо того, чтобы ограничивать их голоса ящиком на чердаке или резервным диском, почему бы не дать им больше места в окончательном этнографическом тексте? Я не говорю о символических цитатах, столь любимых рецензентами и редакторами некоторых журналов, а о содержательных отрывках из беседы.Таким образом, больше данных уже доступны и открыты для хоть какой-то проверки.

КАК ПРОВОДИТЬ ЭТНОГРАФИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ – Парень по визуальным коммуникациям

Этнографические исследования – это метод, используемый как профессионалами, так и учеными, чтобы определить, как люди взаимодействуют друг с другом в определенной среде. В отличие от простых наблюдательных исследований, этнография требует, чтобы исследователь интегрировал себя в окружающую среду, обычно играя роль кого-то в этой среде.Этнографические исследования можно проводить в любой среде, где люди живут, работают или иным образом взаимодействуют.

Щелкните диаграмму ниже, чтобы узнать, как выполнить восемь этапов этнографического исследования.

Как проводить этнографические исследования

  1. Определите вопрос для исследования
    Определите, какую проблему вы хотите лучше понять. Разработайте формулировку проблемы, которая поднимает вопросы, о которых вы хотите узнать больше. Проблема или вопрос могут касаться практически любой темы, которая касается людей в определенной среде.Возможно, вы захотите лучше понять такие вещи, как культура, отношения, взаимодействия, процессы или что-либо еще, что влияет на то, как люди думают и / или ведут себя.
  2. Определите место (а) для исследования
    Определите лучшее место для проведения совместного исследования. Вы можете выбрать более одного места, если этого требует исследовательский вопрос / проблема. Выберите место, которое предоставит наилучшую возможность наблюдать, участвовать, делать полевые заметки и понимать, как люди в этой среде действуют, общаются и думают.

  3. Сформулируйте метод представления
    Рассмотрите наиболее эффективные способы получения объективной информации. Примете ли вы роль человека в сообществе или организации, за которыми вы наблюдаете? Будете ли вы скрытными или другие узнают, что вы проводите исследования? Осознайте, что, если другие знают, что вы исследователь, они могут действовать и реагировать по-другому. С другой стороны, если они не знают, подумайте о наиболее этичном способе наблюдения и сбора данных.

  4. Получение разрешений и доступа
    Поскольку этнографические исследования могут быть немного навязчивыми, обычно необходимо получить разрешение на доступ к месту, которое вы планируете исследовать. Всегда получайте письменное разрешение. Сообщите лицам, принимающим решения, какими будут ваши методы наблюдения, как вы планируете участвовать, как будет использоваться собранная вами информация и т. Д. Критически важно быть этичным и внимательным.

  5. Наблюдай и участвуй
    Этнография требует большего, чем просто наблюдение.Для эффективного исследования вы захотите принять участие в работе организации, которую вы исследуете, в некотором качестве. Определите типы вещей, которые вы ищете в связи с вашим вопросом и проблемой, и определите наиболее эффективные способы сбора заметок. Будьте максимально объективны при наблюдении и участии. Напишите текущие описания, вещи, которые вы помните, впечатления и чувства, идеи, которые приходят в голову, и так далее.

  6. Интервью
    Чтобы лучше понять поведение и действия, могут потребоваться интервью.Вы можете проводить эти интервью сразу после того, как стали свидетелями чего-либо, в конце назначенного периода наблюдения, в конце дня или даже в конце всего периода исследования. Определите, с кем лучше всего проводить собеседование и какие вопросы имеют решающее значение для понимания вашего исследовательского вопроса.

  7. Сбор архивных данных
    Многие организации, сообщества и культуры имеют другие артефакты и информацию, которые вы можете использовать для помощи в сборе данных.Изучите такие вещи, как документы, электронные письма, физические артефакты, телефонные разговоры, маркетинговые материалы, веб-сайты и другие источники, богатые информацией, чтобы лучше понять окружающую среду.

  8. Кодируйте и анализируйте данные
    Кодируйте данные так, чтобы они были наиболее понятны для ваших наблюдений. Рассмотрите следующие методы анализа и обобщения данных: кодируйте и маркируйте то, что вы видели и слышали; сортировка по выкройкам; выявлять выбросы; сравнивать с теориями; примите к сведению рефлексивные замечания.

Ресурсы для проведения качественных исследований во время пандемии | MQHRG

Использование видеоконференцсвязи Zoom для сбора качественных данных: восприятие и опыт исследователей и участников

Мэнди М. Арчибальд, Рэйчел К. Амбагтшир, Мавурнин Г. Кейси и Майкл Лоулесс

Сбор качественных данных в эпоху социального дистанцирования

Бояна Лобе, Дэвид Морган и Ким А.Хоффман

Цифровая этнография: принципы и практика

Сары Пинк, Хизер Хорст и др. (Sage 2016)

Главу 1 можно найти здесь: https: //www.researchgate.net/publication/284409800_Ethnography_in_a_Digi …

Этнография и виртуальные миры: Справочник по методам

Тома Боэллсторффа и Бонни Нарди (Princeton University Press, 2012)

Нетнография: новое определение

Роберта Козинтеса (Sage 2015)

Компаньон Routledge в цифровой этнографии

Ларисса Хьорт, Хизер Хорст, Энн Галлоуэй и Женевьев Белл (Routledge, 2017)

Цифровая антропология

Хизер А.Хорст и Даниэль Миллер (Берг, 2012)

Исследовательский центр цифровой этнографии :

https://digital-ethnography.com/about/

Учебное пособие по нетнографии:

Анализ качественных данных с помощью MAXQDA (в настоящее время бесплатно!)

https: // ссылка.springer.com/book/10.1007/978-3-030-15671-8

Также бесплатные вебинары: https://www.maxqda.com/training/live-training

Блоги об онлайн-QR.

https://blog.remesh.ai/what-is-qualitative-research

https: //simplysociology.wordpress.com/2020/04/02/covid-society-some-reso …

https: //blogs.lse.ac.uk/impactofsocialsciences/2020/04/20/carrying-out-q …

https: // ccqhr.utoronto.ca/2020/03/31/considerations-for-conducting-quali …

https: //lindakkaye.wixsite.com/dr-linda-kaye/post/internet-mediated-rese …

https: //www.socialsciencespace.com/2020/03/the-best-laid-plans-qualitati …

Преодоление цифрового разрыва: размышления об использовании интервью с программой обмена мгновенными сообщениями WhatsApp в исследованиях молодежи

Керри Л. Гибсон

https: // www.researchgate.net/publication/340270744_Bridging_the_digital _…

Наблюдение за участниками: как это работает онлайн?

от Джанет Салмонс

https: //www.methodspace.com/participant-observation-how-does-it-work-onl …

Как проводить этнографию в условиях социальной изоляции

Даниэля Миллера

https: // www.youtube.com/watch?v=NSiTrYB-0so

Работа в поле во время пандемии

от Деборы Луптон

https: //docs.google.com/document/d/1clGjGABB2h3qbduTgfqribHmog9B6P0NvMgV …

Кураторство этнографического момента – Архивный журнал

¶ 1 Оставить комментарий к абзацу 1 0 Введение

¶ 2 Оставить комментарий к абзацу 2 0 Благодаря значительному увеличению объема и типов данных, которые могут собирать исследователи на местах, цифровые технологии изменили отношение этнографов к накопленным ими исследовательским данным и материалам.В то время как бумажные полевые заметки и другие физические этнографические записи часто хранятся в хранилищах и становятся доступными только после смерти ученого, появление цифровых материалов создало и расширило возможности для быстрого обмена данными не только с другими исследователями, но и с исследователями. субъектов и широкой общественности через онлайн-репозитории. Хотя многие исследователи поддерживают принцип открытого доступа к данным исследований, их доступность в Интернете может усугубить этические дилеммы, с которыми сталкиваются этнографы.Этнографы часто разрываются между противоречивыми требованиями обмениваться данными публично и защищать неприкосновенность частной жизни и конфиденциальность людей и сообществ, которых они изучают.1

¶ 3 Оставить комментарий к абзацу 3 0 В отличие от экспериментальных данных, этнографические данные по определению не воспроизводимы.2 Этнографические полевые исследования неразрывно связаны с конкретным временем, местом и обществом, что делает первичные данные этнографов уникальными и невосполнимыми. По этой причине сегодняшние этнографические полевые заметки особенно важны для сохранения в качестве завтрашних исторических записей; они документируют наблюдения за местами и культурами, которые, поскольку находятся в постоянном изменении, никогда больше не будут существовать в той же конфигурации.Поскольку этнографические полевые заметки обеспечивают эмпирическую основу общественного авторитета исследователей, было бы логичным также сделать полевые заметки и другие этнографические материалы доступными для целей проверки в онлайн-хранилищах как можно скорее после публикации отчетов об исследованиях, статей или монографий.

¶ 4 Оставить комментарий к абзацу 4 0 Однако из-за некоторых характеристик этнографических материалов особенно трудно сделать их общедоступными.Во-первых, многие исследователи этнографии неохотно делятся своими данными по личным причинам. Этнографические полевые заметки – это сугубо личные документы для многих исследователей, которые часто считают их чрезвычайно ценными для их собственной работы, но сомневаются, что они были бы полезны для других исследователей без сопутствующего контекста и опыта, в котором были собраны материалы. Во-вторых, этнографические материалы также обычно содержат частную, конфиденциальную или культурно чувствительную информацию как об объектах исследования, так и об исследователе, что часто требует длительных или дорогостоящих процедур для редактирования и может ограничивать или предотвращать публичное распространение и вторичный анализ данных.Наконец, этнографические материалы регулярно собираются в контексте различных или противоречащих друг другу культурных стандартов согласия и использования данных, что поднимает этические вопросы об эффективности архивирования этих материалов. По этим причинам соблюдение баланса между многочисленными императивами обмена данными, информированного согласия и конфиденциальности для участников исследования является фундаментальной проблемой для этнографов, готовящихся разместить свои материалы в архивах, и этика, связанная с этими решениями, была одной из наиболее распространенных и повторяющихся тем. в интервью, проведенных для исследования, которое мы представляем здесь.

¶ 5 Оставить комментарий к абзацу 5 0 Используя данные, собранные в течение 2011-2012 учебного года в рамках качественного исследования методов управления данными и кураторства исследователей, 3 в этой статье исследуются практические и этические дилеммы, с которыми сталкиваются этнографы при работе с разнообразными исследовательскими материалами в различных, а иногда и противоречащих друг другу культурных стандартах. для согласия и использования данных. Делая упор на повседневную практику исследователей, это исследование стремилось получить целостное представление о рабочих процессах, связанных с созданием, управлением и сохранением исследовательских данных, чтобы лучше понять неудовлетворенные потребности исследователей в процессах курирования данных.Двадцать три исследователя из разных категорий, работающих в различных дисциплинах социальных наук в пяти университетах4, приняли участие в интервью для этого исследования (см. Таблицу 1), в ходе которых основное внимание уделялось тому, как исследователи собирают и анализируют данные, как они управляют и сохраняют эти данные, и что обучение, которое они прошли в практике курирования данных.

¶ 6 Оставить комментарий к абзацу 6 0

¶ 7 Оставить комментарий к абзацу 7 0 Таблица 1. Ранги и учебная дисциплина участников исследования.* Девять участников, отмеченных звездочкой, провели значительный объем этнографических исследований.

¶ 8 Оставить комментарий к пункту 8 0

¶ 9 Оставить комментарий к абзацу 9 0 Хотя ученые из многих дисциплин боролись с этическими и философскими проблемами обмена данными – часто в отсутствие последовательной политики архивирования и публикации данных финансирующими агентствами, профессиональными организациями или учреждениями, в которых они работают, – эта статья будет сосредоточена на опыте девяти этих исследователей, которые проводили этнографию в рамках сбора своих данных.Поскольку этнографические исследования включают сложное социальное взаимодействие между исследователями и респондентами, часто из разных культурных контекстов, управление этими данными представляет собой уникальные трудности для исследователей, которые обычно мало или совсем не обучены стратегиям сохранения, курирования или управления данными. В этой статье будет рассмотрено, как исследователи преодолевают эти трудности при работе с двумя основными типами этнографических данных: полевыми заметками – разнообразным набором заметок, письменных работ и других материалов, на которых исследователи основывают свои этнографии5, – и артефактами исследования, такими как стенограммы и аудиозаписи. или видеозаписи, полученные в результате более формального прямого взаимодействия с респондентами.

¶ 10 Оставить комментарий к пункту 10 0 Необходимость совместного использования данных

¶ 11 Оставить комментарий к абзацу 11 0 Финансирующие агентства – особенно агентства, управляющие государственными фондами – все чаще требуют, чтобы качественные данные исследований были общедоступными. С 1995 года Совет экономических и социальных исследований (ESRC) – главный источник финансирования качественных исследований в Соединенном Королевстве – требует от своих лауреатов архивировать свои данные в качестве условия финансирования.6 Точно так же Национальный научный фонд (NSF) и другие финансирующие агентства США (например, Национальные институты здравоохранения и Национальный фонд гуманитарных наук) начали требовать официальных планов управления данными, в которых подробно описывается, как исследователи будут соответствовать ожиданиям по обмену данными. Мы предполагаем, что эта тенденция сохранится, поскольку как государственные, так и частные спонсоры стремятся получить максимальную отдачу от своих инвестиций в исследования. Хотя это не всегда явно требуется, цель многих из этих политик состоит в том, чтобы данные исследований помещались в соответствующее хранилище с доступом в режиме онлайн как для других исследователей, так и для общественности.Для этнографов, которые часто привыкли сохранять исключительные права на свои полевые заметки и другие материалы, это может представлять собой неудобный сдвиг в исследовательской практике, даже если эти хранилища учитывают особые требования конфиденциальности и согласия, присущие этнографическим исследованиям (обсуждаются ниже) и применять соответствующие меры предосторожности, такие как запрещение или редактирование конфиденциальных материалов.

¶ 12 Оставить комментарий к абзацу 12 0 В принципе, этнографические исследователи, с которыми мы беседовали в рамках этого исследования, рассматривали сохранение и обмен данными как положительные ценности, даже если они не были уверены в том, как сохранять и передавать данные или кто потенциально будет использовать эти материалы.На вопрос о том, какие части данных ее исследований она хотела бы сохранить, один антрополог объяснил:

¶ 13 Оставить комментарий к абзацу 13 0 В том-то и дело: если вы держите что-нибудь достаточно долго, это становится интересным. . . . Для себя . . . Я хотел бы все заархивировать и, возможно, поставить какую-то отметку времени на личную информацию, где она не может быть опубликована в течение некоторого времени. Так сложно понять, чем будут интересоваться люди в будущем. .. Я стараюсь хранить данные таким образом, чтобы, надеюсь, они были бы понятны кому-то еще, если бы они захотели работать с моим безумным программным обеспечением. . . . Если бы у меня были чьи-то полевые заметки 100-летней давности с моего полевого участка, я был бы полностью очарован этим, так что вы никогда не знаете, что люди будут интересовать. (2-16-120211) 7

¶ 14 Оставить комментарий к абзацу 14 0 Научные общества, к которым принадлежат многие из этих исследователей, также широко поддерживают обмен данными и их возможное повторное использование.В самой последней редакции этического заявления Американской антропологической ассоциации (AAA) 2012 г. прямо говорится, что исследователь обязан сохранять записи и делать результаты доступными: «Антропологи несут этическую ответственность за обеспечение целостности, сохранности и защиты своих документов. работа »и« результаты антропологических исследований должны распространяться своевременно »при условии, что это не« за счет защиты конфиденциальности »8. Предыдущая версия 1998 года также рассматривала доступ к данным и их сохранение, но не так систематически или настойчиво.9 Точно так же Американская социологическая ассоциация устанавливает аналогичные ожидания в разделе о совместном использовании данных своего Кодекса этики10.

¶ 15 Оставить комментарий к пункту 15 0 Преимущества архивирования и обмена данными для научных дисциплин и развития знаний очевидны: сохраненные материалы можно подвергнуть вторичному анализу, ненужное дублирование исследований может быть сведено к минимуму, исторические записи могут быть сохранены, и, что важно, ученые могут независимо оценивать достоверность опубликованных результатов на основе первичных данных.11 Кроме того, онлайн-репозитории могут позволить новые формы обучения и писательской деятельности. Впервые сохраненные и доступные в Интернете материалы сделали возможным сделать общедоступным корпус первичных текстов, которые составляют основу поддержки этнографической аргументации. Хотя не оцифрованная коллекция на бумаге также могла бы служить этой цели, маловероятно, что более горстки заинтересованных читателей определенной этнографии физически поедут в хранилище для изучения документов.Репозитории, которые делают ресурсы доступными в Интернете, коренным образом меняют эту динамику. В книге «Этнография как комментарий: запись из виртуального архива» Иоганнес Фабиан исследует эти возможности, проводя то, что он описывает как эксперимент с «написанием этнографии« в присутствии текстов »», размещенным в общедоступном онлайн-хранилище. жанр написания «комментария», ориентированной на текст формы этнографии, которая предполагает, что его читатель может одновременно обращаться к первичному тексту для себя или себя через онлайн-архив.13

¶ 16 Оставить комментарий к пункту 16 0 Текст, который использует Фабиан, представляет собой беседу, которую он и Кахенга Муконква Мишель вели о церемонии, которую Кахенга провел в доме Фабиана в Заире в 1974 году.14 Транскрипция, перевод и аудиозапись обсуждения теперь размещены в Архиве популярного суахили на веб-сайте проект «Язык и популярная культура в Африке» 15. Фабиан утверждает, что хранилище документов служит важной эпистемологической цели посредством «посредничества между.. . событий, представления доказательств, а также наших целей и заявлений о создании антропологического знания ».16 Позволяя читателю этнографии задавать вопросы и оценивать первичные данные, на которых она основана, архив показывает, как этнографии составлены через конфронтацию между исследователь, его или ее респонденты и тексты, которые они создают совместно.17

¶ 17 Оставить комментарий к абзацу 17 0 Несмотря на поучительный эксперимент Фабиана, для многих исследователей практика публикации этнографических материалов в Интернете чревата.Этнография требует, чтобы исследователи занимали методологическую позицию, которая опосредует и переводит между множественными культурными контекстами. Такое позиционирование приводит к ряду трудностей для этнографов, поскольку они пытаются выполнить свои обязательства перед множеством субъектов, включая спонсоров, культурные учреждения и университет, в котором работает исследователь, в дополнение к отдельным лицам и сообществам, с которыми работает исследователь, – при согласовании процессов размещение материалов в архивах и хранилищах.При работе с людьми существует множество этических ловушек, и часто этнографам приходится разрешать противоречия между этими группами.

¶ 18 Оставить комментарий к абзацу 18 0 На самом базовом уровне политика, требующая доступа к данным исследований, может «напрямую [противоречить] культурным традициям некоторых этнических групп, касающихся секретности и контролируемого доступа к информации» 18. Например, антрополог может получить доступ к секретным или ограниченным знаниям. по культурным или социальным причинам.Во время полевых исследований с Сарамака, группы в Суринаме, произошедшей от сбежавших африканских рабов, Ричард Прайс получил знания о «древних людях», которые пережили освободительную войну примерно с 1680 по 1762 год19. люди могущественные, опасные и ограниченные. Прайс боролся с этическими последствиями публикации книги в рамках другой культурной системы, которая использует эти знания в качестве основного предмета20. Прайс отмечает, что, помещая информацию в публичный документ, он потенциально «лишает автора контроля (за исключением, возможно, через язык, на котором [книга] появляется) над [его или ее] аудиторией.21 Эта проблема усугубляется экспоненциально, когда информация становится доступной в Интернете (так как книга Прайса сейчас, по крайней мере частично, находится в Google Книгах), поскольку даже физические ограничения монографии в переплете сняты.

¶ 19 Оставить комментарий к абзацу 19 0 Информация не обязательно должна быть «экзотической», чтобы создавать трудности для публикации у этнографов. Например, этнограф, работающий в корпоративном, государственном или другом учреждении в Соединенных Штатах, может иметь доступ к служебной или конфиденциальной информации о продукте или услуге, которая должна быть этически и юридически защищена.Исследователь в области экологической инженерии объяснила свой процесс во время интервью:

20 Оставить комментарий к абзацу 20 0 Еще одна большая проблема – конфиденциальность, потому что я записываю эти разговоры, а затем есть какой-то продолжительный период времени, в течение которого я разрешаю тем, с кем я разговаривал, отредактировать части нашего разговора, если они говорили о вещах, которые они предпочли бы оставить. частный. . . Я разговариваю с несколькими компаниями о разработке и производстве их технологий, поэтому появляется некоторая конфиденциальная информация, и это действительно главная проблема.(5-20-020212)

¶ 21 Оставить комментарий к абзацу 21 0 В самом деле, случайное раскрытие такого рода информации может подвергнуть исследователя юридическому риску не меньше, чем респондентов.

¶ 22 Оставить комментарий к абзацу 22 0 При подготовке к сохранению этнографических данных вопросы собственности и авторства также не всегда очевидны, и крайне важно, чтобы исследователи сообщали и решали эти потенциальные проблемы с архивистами, хранителями данных, менеджерами хранилищ и цифровых коллекций до депонирования этнографических материалов.Например, в формах согласия на интервью может не указываться четко, кто владеет авторскими правами или у кого есть лицензия на использование записи или стенограмм, что может привести к путанице в отношении правового статуса этих материалов и затруднить передачу материалов исследователю. архивы. Интеллектуальная собственность и авторское право сами по себе являются культурно специфическими понятиями, и законное право распоряжаться или депонировать материалы по своему усмотрению не равно этическому праву на это.Люди, предоставляющие информацию, спонсоры, организация, в которой работает исследователь, и сообщество, в котором работает исследователь, – все они морально заинтересованы в размещении данных22. Парри и Маутнер заходят так далеко, что говорят: «[B] Поскольку создание качественных данных является совместным усилием респондента и исследователя, обе стороны должны сохранять авторские права / права собственности на данные », что создает« практические, юридические и этические последствия для архивирования и повторного использования »23.

¶ 23 Оставить комментарий к пункту 23 0 Некоторые исследователи, в том числе Фабиан, утверждают, что, поскольку этнографы и их респонденты являются совместными агентами в создании этнографических материалов, обе стороны должны быть названы в знак признательности за их вклад.24 Однако наименование респондентов в качестве авторов или соавторов противоречит императиву этнографа по защите конфиденциальности своих участников исследования, что является основным стандартом, требуемым большинством исследований, одобренных Институтом наблюдательного совета (IRB), и заявлениями о профессиональной этике. Хотя Дэвид Зейтлин отмечает, что «стандартное предположение о том, что записи будут анонимными, противоречит моральному праву человека быть признанным автором своих слов» 25, многим, если не большинству, этнографам, вероятно, будет неудобно называть своих участников почти в любом контексте, но особенно в общедоступных онлайн-репозиториях.Это, вероятно, будет правдой, даже если исследователь философски согласен с тем, что его или ее полномочия определять уровень чувствительности, требуемого для данных, привилегирует позицию исследователя по отношению к его или ее респондентам26.

¶ 24 Оставить комментарий к абзацу 24 0 Таким образом, многие этнографы понимают себя не столько как владельцев своих данных, сколько как распорядителей или хранителей данных, которые создаются сложным набором отношений между исследователями и респондентами.27 В качестве хранителей этих данных исследователи часто де-факто интерпретируют условия предоставления данных, выбирая, что и когда публиковать или размещать материалы в репозиториях или архивах. Несмотря на его утверждение, что корреспондентов следует называть, Фабиан отмечает, что он осуществляет это руководство, пытаясь не публиковать ничего, что могло бы быть опасным или вредным для людей, с которыми он работал – положение, которое, вероятно, облегчается тем фактом, что тексты, которые он с которыми работает уже 30 лет, когда он расшифровал и разместил их в сети.28 Многие исследователи, с которыми мы беседовали, придерживались аналогичной «позиции моральной ответственности по отношению к участникам исследования, выражающейся в том, как обрабатываются данные» 29, ссылаясь на этические соображения по поводу надлежащего использования данных, а также на вопросы конфиденциальности и согласия. Даже у исследователей, которые поддерживают публичный доступ к данным, эти опасения заставляют усомниться в требованиях спонсоров к совместному использованию данных. Исследователь в сфере образования, которая готовилась подать заявку на дополнительное финансирование для создания набора продольных данных путем повторного опроса своих предыдущих респондентов, отметила свою неуверенность:

¶ 25 Оставить комментарий к абзацу 25 0 Я знаю, что многие места, когда вы подаете заявку на финансирование, хотят, чтобы в конечном итоге [данные] стали общедоступными.Мне не приходилось с этим сталкиваться, но я определенно думал об этом. . . . Я хочу сохранить качественные данные, потому что это очень важно для меня. . . так что лично я беспокоюсь о том, чтобы спасти его. . . . [Но] как только они станут общедоступными или переданы другим людям, я хотел бы в конечном итоге получить помощь в том, чтобы сделать сами данные более конфиденциальными, потому что это просто стенограммы интервью, которые, как вы знаете, связаны с множеством проблем [конфиденциальности], и что мне придется [сделать сами данные более конфиденциальными], прежде чем я ими делюсь.. . . Я не знаю, есть ли пределы того, в какой степени я могу обнародовать это или нет. (1-04-100511)

¶ 26 Оставить комментарий к абзацу 26 0 В контексте обеспечения доступа к своим данным эти переговоры о конфиденциальности и согласии являются одними из наиболее сложных вопросов, которые ученые должны решить, прежде чем помещать свои этнографические материалы в хранилища данных или архивы. Эти вопросы также наиболее эффективно решаются как можно раньше в исследовательском проекте, чтобы исследователи могли применять необходимые методы и протоколы, чтобы гарантировать конфиденциальность и согласие в долгосрочной перспективе до сбора данных.Как обсуждают Чарльз Хамфри и его коллеги, интегральное участие архивистов и специалистов по курированию данных на этапах планирования и во всех проектах качественных исследований значительно повышает качество продуктов данных и снижает этические проблемы, связанные с хранением в репозиториях и архивах30. Отметим, что такое сотрудничество выгодно как для исследователей, так и для архивистов, поскольку хорошая практика подготовки архивов часто является синонимом передовой исследовательской практики.31

¶ 27 Оставить комментарий к абзацу 27 0 Несмотря на усилия таких организаций, как Совет по сохранению антропологических документов (CoPAR), по развитию этого типа сотрудничества32 и обучению этнографов методам сбора и архивирования данных 33, похоже, что относительно немногие этнографы обращаются за помощью к архивариусам или управлению данными. специалистов до тех пор, пока не будет завершен сбор данных, если только требования к финансированию не вынудили их сделать это.Из опрошенных нами этнографов только двое проконсультировались со службами управления данными до этапа сбора данных в рамках своего исследования, и оба они были вызваны требованием Национального научного фонда о включении планов управления данными в новые предложения по финансированию. Только один проект имел систематический план по хранению этнографических данных в архивах, главным образом потому, что это исследование проводилось в рамках очень большой и хорошо финансируемой исследовательской инициативы. В рамках этого проекта было собрано около 40 000 страниц этнографических полевых заметок, которые сохранялись, но еще не были опубликованы.Исследователь, ведущий этот проект, объяснил:

¶ 28 Оставить комментарий к абзацу 28 0 Для антропологов новость в том, что данные следует обнародовать. Это не то, о чем они думают. На самом деле они потрясены этим. . . . Однако эти [этнографические] данные были оплачены из федерального бюджета в миллион долларов, и я использую их с некоторыми из моих аспирантов, которые, по сути, проводят вторичный анализ полевых заметок. Я думаю, что в конечном итоге эти данные должны быть обнародованы, и может быть, но очень осторожно.. . . Не думаю, что это проблема. . . Думаю, мы туда доберемся. . . . Совершенно новая область сейчас – «что вы делаете с электронными полевыми заметками?» и «могут ли они быть доступны исследователям?» По крайней мере, я считаю это архивом полевых заметок. . Через 20 или 30 лет мог бы стать большим историческим источником и должен быть сохранен на этой основе. Итак, я хотел бы, чтобы мы разработали способы тщательного обнародования антропологических и этнографических данных. (5-11-103011)

¶ 29 Оставить комментарий к абзацу 29 0 Разрабатывая процедуры обмена этими материалами, этот исследователь подчеркнул первостепенную важность защиты конфиденциальности участников исследования.Действительно, все этнографы назвали проблемы конфиденциальности одной из основных проблем, которые им необходимо обсудить и решить с архивариусом или менеджером хранилища перед тем, как депонировать свои материалы, что делает его, пожалуй, наиболее важной областью для развития практики сотрудничества между исследователями, хранителями данных. , и архивисты.

¶ 30 Оставить комментарий к абзацу 30 0 Требование конфиденциальности

¶ 31 Оставить комментарий к абзацу 31 0 Заявления об этике как Американской социологической ассоциации, так и Американской антропологической ассоциации требуют, чтобы исследователи защищали конфиденциальность своих респондентов (хотя в заявлении AAA утверждается, что ожидания признания также должны быть учтены).34 Защита конфиденциальности участников исследования обычно является явным обещанием в рамках исследований в области социальных наук и почти повсеместно считается требованием IRB при рассмотрении предложений по исследованиям. Если оставить в стороне потенциальное моральное право участника исследования на авторство, о котором говорилось выше, природа этнографического исследования часто делает обещание конфиденциальности проблематичным, а то и полностью невозможным. Как отмечает Закари Шраг, сохранение конфиденциальности участков полевых исследований и участников исследований, обсуждаемых в публикациях, было постоянной проблемой для исследователей социальных наук, поскольку детали, необходимые для придания смысла этнографическим и другим материалам, основанным на полевых исследованиях, часто одновременно делают эти места и людей узнаваемыми, особенно людям, знакомым с местом или темой.35 Повышение защиты конфиденциальности почти всегда происходит за счет уменьшения объема контекстной информации, включаемой для аудитории этнографии, и может эффективно предотвратить хранение данных в архивах или репозиториях (а иногда даже сбор). Социолог рассказал о трудностях, с которыми он столкнулся в одном проекте:

¶ 32 Оставить комментарий к пункту 32 0 Я хотел заниматься историями жизни со священниками [в центральной Пенсильвании], и часть проблемы заключалась в этом.. . мы попали в ситуацию, когда люди могут рассказывать мне вещи о своей личной жизни, которые не являются конфиденциальными в смысле IRB, но могут расстраивать их прихожан – например, я разговаривал с одним священником, который был женат трижды, где, если собрание знало об этом, они были бы очень расстроены. В этом нет ничего противозаконного; этот человек не стесняется говорить это, но это могло нанести вред. Но у меня было такое чувство. . . если бы я ходил и проводил эти интервью, я не хотел уничтожать данные, потому что думал, что они имеют какое-то историческое значение.. . . [IRB сказал:] «И когда вы закончите это исследование, если вы не собираетесь уничтожать данные, вы должны хранить их в архиве в течение 50 лет, и я проверил в [университетских] архивах, и они сказали:« мы не собираемся хранить ничего подобного ». . . . Я хотел сохранить данные, но у меня не было возможности сделать это. . . . Я фактически покинул проект [потому что IRB сделал это невозможным]. (2-13-111411)

¶ 33 Оставить комментарий к пункту 33 0 Хотя защита частной жизни участников исследования может быть сложной задачей, даже в тщательно подготовленных и отредактированных публикациях, характер этнографических материалов делает особенно трудным их конфиденциальное хранение с течением времени.Аудио- и видеозаписи представляют очевидные проблемы с конфиденциальностью, поскольку улавливают голос или изображение респондентов 36, но даже расшифровки стенограмм интервью могут быть проблематичными. Распространенной практикой архивирования этнографических материалов является попытка удалить потенциально идентифицирующую информацию из архивных стенограмм. Однако даже эти «анонимные» стенограммы часто по-прежнему содержат личные данные, позволяющие идентифицировать участников исследования. Например, в интервью, проводимых для этого исследования, участники регулярно обсуждали свои дисциплины и исследовательские интересы.В сочетании с названиями университетов, в которых проводилось исследование, которые содержатся во всех наших исследовательских предложениях и публикациях, эта, казалось бы, безобидная информация, вероятно, позволила бы идентифицировать любого из наших участников с помощью простого веб-поиска, если бы были опубликованы полные стенограммы интервью. Это может показаться несущественным риском для ученых, описывающих проекты, которые они обычно публично обсуждают, но в зависимости от других деталей, содержащихся в стенограмме, это также может быть неудобным или потенциально опасным (например, комментарии об администраторах университета, других коллегах и т. Д.)). Как это часто бывает с качественными исследованиями, удаление этих контекстных деталей уменьшит, если не уничтожит, полезность этих данных для будущих исследователей – мнимой аудитории этих материалов. К сожалению, каждая контекстная деталь, сохраненная об участнике исследования для помощи в интерпретации данных, одновременно создает больше возможностей для идентификации.

¶ 34 Оставить комментарий к абзацу 34 0 Учитывая технический прогресс, удаление всех потенциально идентифицирующих деталей может быть недостаточным, чтобы гарантировать анонимность стенограмм.Фактически, анонимизация стенограмм может вскоре стать технически невозможной. Арвинд Нараяна и его коллеги продемонстрировали, что можно точно идентифицировать анонимных онлайн-авторов до 20 процентов времени, основываясь только на стиле письма, при наличии достаточного корпуса примеров текстов37. По мере того, как все больше и больше контента перемещается в онлайн, можно только Предположим, что эти методы станут более надежными, так что идентификация участника по словарю или речевым образцам в расшифровке может в конечном итоге стать вопросом применения правильного программного обеспечения.Эти реалии вынуждают даже самых благонамеренных исследователей не выполнять обязательства, требуемые IRB, и соглашения, заключенные с их респондентами.

¶ 35 Оставить комментарий к абзацу 35 0 При архивировании этнографических материалов конфиденциальность также может быть не менее важной для защиты исследователя. Это особенно верно в отношении архивирования полевых заметок, которые являются глубоко личным делом для многих этнографических исследователей. Исследователи часто весьма неоднозначно относятся к этим данным, регулярно описывая чувство тревоги, несоответствия или смущения по поводу своей работы и того, что она раскрывает о них как об ученых.38 Говоря о процессе сбора данных, антрополог в нашем исследовании заметил:

¶ 36 Оставить комментарий к пункту 36 0 Вот в чём дело с полевыми заметками, их никогда никому не показываешь. . . пока это работает для вас. . . это не значит, что вы должны показывать это кому-то еще и давать им понять, что в некотором роде досадно, потому что было бы неплохо иметь данные в форматах, в которых люди могли бы, вы знаете, вроде как архивировать эту информацию. (2-16-120211)

¶ 37 Оставить комментарий к абзацу 37 0 В своем исследовании практики полевых заметок Джин Джексон отмечает: «Многие респонденты отмечают, что сугубо личный характер полевых заметок влияет на степень готовности их делиться:« Полевые заметки могут показать, насколько бесполезной была ваша работа, пробелы, ваша лингвистическая некомпетентность, ты не сделался кровным братом, твой детский нрав.’»39 Антрополог Саймон Оттенберг описывает свои полевые записи аналогичным образом:« Когда я был моложе, мне было бы неудобно при мысли о том, что кто-то другой использует мои записи, будь я жив или мертв – это настолько личное дело, так много аспекта личного полевого опыта, так много личного языка, так много части моего эго, моего детства [как антрополога] и моей личной зрелости »40. Эта привязанность и двойственность могут заставить исследователей отказываться от передачи контроля над их записи в архив, особенно тот, который предназначен для публичного доступа к материалам в Интернете.Эта профессиональная практика не только очень затрудняет обоснование или проверку данных этнографов, что указывает на необходимость для этнографов разработать более активные и конфиденциальные процедуры обмена данными, но также создает ситуацию, когда этнографические материалы сохраняются, но с неадекватными планами по сохранению . Зейтлин отмечает: «Как это ни парадоксально, большинство антропологов не хотят ни уничтожать свои полевые материалы, ни архивировать их» 41. То же самое и с нашим исследованием: почти никто не строил планы относительно своих данных за пределами краткосрочного периода, не говоря уже об окончательном распределении своих материалов. в конце карьеры или после смерти.

¶ 38 Оставить комментарий к абзацу 38 0 Хотя архивисты регулярно уверяют ученых, что статьи «обычных» или малоизвестных исследователей иногда являются наиболее ценными, сами 42 исследователя часто не уверены. Многим из наших респондентов было трудно представить себе потенциальную аудиторию своих данных и первичных материалов, хотя одна исследовательница экологических исследований поделилась данными об изображениях граффити, которые она собрала во время полевых исследований после определенного события этнического конфликта.Эти данные не имели прямого отношения к ее основным исследовательским вопросам, но другой ученый использовал их в магистерской диссертации (и, возможно, в будущей диссертации). Тем не менее, сомнения относительно будущей полезности способствуют нежеланию исследователей брать на себя иногда трудные и трудоемкие задачи по сохранению и аннотации данных, такие как редактирование конфиденциальной информации, и пренебрегать предварительным планированием для возможного архивирования своих материалов, например, обеспечения адекватных процедур согласия. .Это потенциально ключевая область защиты данных для кураторов данных и архивистов, которые имеют хорошие возможности как для обучения исследователей важности сохранения первичных данных для будущих поколений исследователей, даже если их непосредственная ценность не очевидна, так и для предоставления таких инструментов, как перекрестные индексы и средства поиска, которые делают эти данные более полезными и сопоставимыми.43

¶ 39 Оставить комментарий к абзацу 39 0 Императив согласия

¶ 40 Оставить комментарий к абзацу 40 0 В заявлениях по этике как IRB, так и дисциплинарных обществ подчеркивается важность и необходимость получения информированного согласия от участников исследования.Учитывая возможность архивирования материалов на неопределенный срок, особенно для веб-публикаций, получение полностью осознанного согласия может оказаться бесполезным занятием. Либби Бишоп отмечает, что, поскольку исследователи не могут адекватно рассуждать обо всех возможностях использования данных, явное согласие «логически невозможно» 44. Однако Бишоп также отмечает, что это не должно парализовать исследователей от помещения их материалов в архивы, поскольку согласие поскольку основная исследовательская деятельность сама по себе является частичной, и ни один исследователь не может полностью объяснить всю информацию о каком-либо исследовательском проекте.45 Цейтлин говорит об этом по-другому, отмечая, что культурные различия могут также ограничивать способность исследователя получить согласие способом, который узнаваем для IRB: «После архивации материала к нему могут обращаться неизвестные другие лица, которые могут его использовать. новыми способами. . . . Может ли исследователь получить значимое предварительное информированное согласие, если невозможно объяснить использование материала в будущем? »46

¶ 41 Оставить комментарий к абзацу 41 0 В то время как Бишоп предлагает ответить на эту проблему, предоставив примеры того, как архивные исследования могут быть повторно использованы или путем получения открытого согласия 47, другие предлагают более комплексный подход, который понимает согласие как процесс, а не разовое событие.48 Этот подход представляет значительные трудности при применении к жизненному циклу всего этнографического исследовательского проекта, особенно после того, как данные и другие материалы полевых исследований хранятся в архивах с целью долгосрочного доступа и сохранения. Если соответствующее согласие на архивирование не получено в начале проекта или запрашивается при обнаружении новых способов использования материалов, установление контакта с участниками для получения разрешения на такое использование может быть чрезвычайно трудным и дорогостоящим для этнографов, а то и вообще невозможным.Кроме того, модель согласия, которая требует повторного обращения к участникам, также требует, чтобы процедуры конфиденциальности или анонимности были обратимыми, что означает, что исследователь должен сохранять записи, которые могут связывать людей с материалами о них. Сохранение контактной информации или других идентифицирующих записей не является лучшей практикой для обеспечения конфиденциальности участников, а в случае действительно конфиденциального исследования при этом излишне сохраняются записи, которые могут быть вызваны в суд или иным образом скомпрометированы.Например, в 2012 году Министерство юстиции США выпустило повестку в суд в связи с расследованием убийства от имени Великобритании для доступа к интервью, проведенным с членами Ирландской республиканской армии и лоялистскими военизированными формированиями в рамках «Белфастского проекта». Библиотека Бернса Бостонского колледжа. Хотя соглашение о конфиденциальности проекта обещало собеседникам, что эти материалы будут находиться под запретом до их смерти, эта гарантия подлежала исключениям, требуемым американским законодательством; момент, который, возможно, был непонятен участникам исследования.И Бостонский колледж, и исследователи в настоящее время оспаривают повестки в суд, но первоначальные решения федерального окружного суда и Апелляционного суда первого округа установили, что повестки являются законными.49 Как показывает этот случай, всякий раз, когда существует идентифицирующая информация, существует возможность того, что его раскрытие может быть принудительным. Поэтому с точки зрения конфиденциальности участников исследования предпочтительно уничтожить материалы, позволяющие идентифицировать или повторно связаться с ними, как можно скорее после завершения исследования.

¶ 42 Оставить комментарий к абзацу 42 0 Поскольку анонимизация – это решение по принципу «все или ничего», которое должно быть необратимым даже для исследователя, чтобы оно было эффективным50, чтобы согласие стало непрерывным процессом, нужно также признать, что данные нельзя сделать полностью анонимными. Тогда возникает вопрос, как исследователи могут осмысленно расширить решения о согласии, чтобы включить архивы, не делая их неуправляемыми для их администраторов или излишне уменьшая их аналитическую ценность.51 Обеспечение баланса между необходимостью поддержания надлежащего уровня конфиденциальности и административными расходами является важной областью для сотрудничества между исследователями, архивистами и специалистами по данным. Полная анонимность наборов данных, вероятно, не является ни необходимой, ни рентабельной для материалов с относительно низким уровнем риска, 52 но и исследователь, и архивисты должны полностью понимать сценарии потенциальных рисков, прежде чем принимать эти решения, особенно в среде, где защита конфиденциальности является важным фактором. возрастающее беспокойство участников исследования.Обсуждая проблемы, с которыми он сталкивается при соблюдении требований спонсора к публичному доступу, социолог заметил:

¶ 43 Оставить комментарий к абзацу 43 0 Очевидно, что самая большая проблема – это проблема защиты конфиденциальности. За последние 10 или 15 лет проблема конфиденциальности резко возросла, и процесс получения разрешения на анализ данных может быть трудным, но в данных социальных наук наблюдается тенденция включать все больше и больше конфиденциальной информации.. . . Я думаю, что сейчас эта область пытается установить соответствующие уровни защиты для определенных видов данных и пытается сбалансировать эту проблему конфиденциальности с публичным доступом. И это вызов, и он потребует некоторых новых способов ведения дел. (5-11-103111)

¶ 44 Оставить комментарий к абзацу 44 0 Разработка этих режимов работы и процессов согласия требует не только участия исследователей и научных обществ, но и интенсивного сотрудничества со специалистами по управлению данными, технологами и архивистами.53

¶ 45 Оставить комментарий к абзацу 45 0 Выводы и рекомендации

¶ 46 Оставить комментарий к абзацу 46 0 Исследователи и архивисты в равной степени сталкиваются с огромными проблемами в эффективном сохранении данных этнографических исследований и обеспечении значимого доступа для исследователей и других заинтересованных сторон при одновременной защите конфиденциальных данных. Чтобы быть эффективными, совместное использование данных, конфиденциальность и согласие требуют активного участия и инвестиций самих исследователей.Решения о доступе, вопросах установления авторства, адекватного согласия и требуемого уровня конфиденциальности не могут быть приняты без участия кого-то, кто хорошо осведомлен о контекстах, в которых проводилось исследование. Однако, как мы видели, ни один из этих процессов принятия решений не обязательно заканчивается в тот момент, когда материалы помещаются в архив или хранилище, и этические обязательства исследователя перед участниками исследования не прекращаются после того, как он или она передают ответственность за их сохранение.Это чувство ответственности заставляет многих исследователей отказываться от контроля над своими этнографическими материалами, поскольку изменение политических, социальных или культурных условий требует более ограничительного подхода к доступу к данным, чем это требовалось изначально.

¶ 47 Оставить комментарий к абзацу 47 0 Например, исследователь экологических исследований отметила, что в настоящее время ее данные не представляют большого риска для ее респондентов:

¶ 48 Оставить комментарий к абзацу 48 0 Большинство собранных мной данных действительно имеют ограниченные проблемы с конфиденциальностью или какой-либо вред, который может быть нанесен респондентам.Есть некоторые темы, которые я рассмотрел, и в зависимости от того, когда – вы знаете, своевременность – в какой момент они были опубликованы, идентификационная информация может быть проблематичной. В [среднеазиатской стране] все намного проще – по крайней мере, сейчас – ситуация для моих тем не опасна. Это не значит, что этого не может быть в будущем, и если я распространю исследование на соседние страны, у меня, вероятно, возникнут более серьезные проблемы с конфиденциальностью. (2-12-111011)

¶ 49 Оставить комментарий к абзацу 49 0 Однако, если политическая ситуация для ее респондентов изменится, этот исследователь может быть этически обязан изменить условия доступа к любым материалам, которые она заархивировала, даже если ее процедуры согласия учли эту возможность.Хранилища этнографических материалов должны включать процедуры реагирования на подобные ситуации в свои донорские соглашения, а исследователи должны обсуждать уникальные качества этнографических материалов до их депонирования. Как указывает Парезо, «неэтично и неразумно ожидать, что архивное сообщество будет догадываться, какие полевые заметки содержат конфиденциальную информацию, а какие являются разумными ограничениями на использование» 54.

¶ 50 Оставить комментарий к пункту 50 0 К сожалению, подготовка материалов для хранения в архиве часто не является приоритетной задачей для этнографов по разным причинам, а архивирование этнографических данных дополнительно затрудняется постоянным отсутствием подготовки.Хотя всесторонний исторический обзор выходит за рамки данной статьи, Сильверман уже отмечал проблему отсутствия формального обучения методам сбора и управления данными среди антропологов почти 20 лет назад, 55 до появления многих осложнений, связанных с распространением цифровых технологий. сбор данных создан. Практически ни один из опрошенных нами ученых не сообщил, что обучение управлению данными или управлению данными было частью их учебной программы, а управление данными обычно рассматривалось только в узком смысле в связи с методологическими подходами и проблемами.Этические и практические трудности, связанные с управлением и сохранением больших объемов исследовательских данных, редко рассматривались, при этом большинство исследователей приобретали необходимые им навыки методом проб и ошибок.56 Ни один из ученых, опрошенных в ходе этого исследования, не выразил удовлетворения своим уровнем знаний в области данных. менеджмент, и лишь немногие имели доступ к людям, которые могли дать квалифицированное руководство. Хотя было бы предпочтительнее, чтобы учебные программы для выпускников включали этот тип обучения, маловероятно, что это изменение произойдет в ближайшем будущем.Следовательно, вероятно, что архивариусам и специалистам по данным потребуется провести такое обучение, желательно путем налаживания отношений с этнографическими исследователями как можно раньше в процессе исследования.

¶ 51 Оставить комментарий к пункту 51 0 Отсутствие уверенности в их обучении управлению данными усугубляет опасения исследователей по поводу этических проблем, содержащихся в их данных. Исследователи естественно – и справедливо – консервативны в отношении потенциальных рисков при обмене данными, особенно если они не уверены, что могут защитить конфиденциальность своих респондентов или что они получили соответствующее согласие, – вопросы, которые трудности межкультурного общения усложняют. .Без таких гарантий того, что эти этические императивы могут быть выполнены, многие исследователи вряд ли будут вкладывать средства в архивирование своих материалов. «Во многих случаях их желание избежать этических рисков ненадлежащего раскрытия данных может перевесить стоимость возможной потери данных». 57

¶ 52 Оставить комментарий к абзацу 52 0 Из-за этих взаимосвязанных проблем критически важно, чтобы системы архивирования и обработки данных, доступные для этнографических исследователей, имели множественные и детализированные уровни контроля доступа и конфиденциальности.Необходимо разработать инструменты, позволяющие надлежащим образом управлять конфиденциальными данными и позволяющие исследователям, работающим совместно со своими респондентами, осуществлять контроль над своими данными, управлять теми, кто имеет к ним доступ, и учитывать культурно-специфические ограничения на использование данных58. Система, пытающаяся удовлетворить эти требования, – это система управления контентом Murkutu (http://www.mukurtu.org/), которая делает культурные протоколы фундаментальной частью доступа к материалам. Это позволяет легко создавать детализированные и приемлемые с культурной точки зрения группы пользователей со специально определенными правами использования, и эта функция разрабатывается в сотрудничестве с общинами коренных народов.59

¶ 53 Оставить комментарий к абзацу 53 0 Поскольку природа этнографических материалов делает их потенциально подверженными постоянным и развивающимся дилеммам конфиденциальности и согласия, архивисты и менеджеры данных должны понимать, что эти материалы могут потребовать постоянного контроля, предпочтительно с помощью процессов и процедур, которые вовлекают исследователей в совместную и конструктивную манеру. Хотя многие исследователи приветствовали бы возможность более простого обмена своими данными, особенно в совместных проектах и ​​в ответ на требования к совместному использованию данных, они почти всегда сопротивляются любым договоренностям, при которых они отказываются от контроля над доступом к данным.Как описал один антрополог:

¶ 54 Оставить комментарий к абзацу 54 0 Люди без колебаний делятся данными с коллегами, которым они доверяют. … Если вы предоставляете механизм для совместной работы, даже если это просто Google Документы или что-то в этом роде, вы знаете, что люди обмениваются данными легко и свободно. Когда процесс становится анонимным, они начинают сопротивляться. (1-02-100511)

¶ 55 Оставить комментарий к пункту 55 0 Таким образом, цель сделать материалы общедоступными в Интернете потребует архивных систем и процессов, учитывающих сложные социальные отношения, встроенные в этнографические материалы, не только между исследователем и его или ее респондентами, но также между многими заинтересованными сторонами. этнографические данные.Разработка дополнительных политик, этических принципов и передовой практики дисциплинарными организациями, финансовыми агентствами, университетами и учреждениями культуры может еще больше помочь исследователям и архивистам в решении этических дилемм, содержащихся в архивном процессе.

¶ 56 Оставить комментарий к пункту 56 0 Поскольку большая часть этнографических данных собирается отдельными людьми в относительно небольших и часто своеобразных наборах данных, они особенно уязвимы для потерь из-за безобидного пренебрежения или недостатка ресурсов, даже если данные исторически уникальны.Социолог описал один такой уязвимый набор данных:

¶ 57 Оставить комментарий к абзацу 57 0 Мы сделали истории жизни 45 человек в [церковном] собрании в [центральном городе Пенсильвании]. . . . Вероятно, это единственный материал об одном собрании такой глубины и сложности, который существует, и я просто слишком ленив, чтобы придумать, что с ним делать, написать об этом и все такое, но вы можете представить себе где-нибудь кого-то, кто хочет для исследования собраний это было бы невероятно ценно.Но что с этим будет [в долгосрочной перспективе]? И что с этим произойдет, так это то, что копии, которые у меня есть, окажутся в мусорном ведре, а жесткий диск моего компьютера в конечном итоге выйдет из строя, устареет или сотрет, и это будет конец [если не будет ‘ t место для его архива]. (2-13-111411)

¶ 58 Оставить комментарий к абзацу 58 0 Чтобы предотвратить эти потери, специалисты по управлению данными и архивисты должны специально обрабатывать эти материалы. Они также должны наладить отношения с этнографами, чтобы разрешить уникальные этические дилеммы, которые представляют эти данные, и непростые противоречия между желанием исследователей обмениваться данными публично и обязательствами по защите частной жизни и конфиденциальности людей и сообществ, которых они изучают.

¶ 59 Оставить комментарий к абзацу 59 0 Наконец, несмотря на признанную важность и ценность архивных материалов для дисциплин и будущих исследователей, системы академического вознаграждения предлагают очень небольшую оплату за работу, направленную на обеспечение доступа к этнографическим материалам, а исследователи этнографии часто испытывают нехватку финансовых средств, времени и средств. и кадровая поддержка, необходимая для подготовки материалов для архивирования60. Поэтому архивисты должны работать над тем, чтобы сделать архивные системы и разработку архивных процессов и политик как можно более понятными для исследователей, в идеале помогая интегрировать разработку метаданных и других вторичных материалов (например, кодовые книги, пояснительные материалы, средства поиска и онтологии), необходимые для архивирования и обеспечения долгосрочной полезности первичных данных как можно раньше в процессе исследования.Аналогичным образом, финансирующие агентства должны улучшить финансирование долгосрочного управления данными, их хранения и кураторских услуг, напрямую или через руководящие принципы для учреждений по возмещению косвенных затрат, особенно когда грант требует архивирования или доступности общедоступных данных. Предоставляя такую ​​поддержку, архивисты и спонсоры в значительной степени помогли бы исследователям отреагировать на императивы предоставления доступа к данным и обеспечения конфиденциальности и согласия своих респондентов, а также разрешить этические дилеммы, содержащиеся в их данных, тем самым помогая обеспечить сохранение незаменимая этнографическая информация.

  1. ¶ 60 Оставить комментарий к абзацу 60 0
  2. Л. Янке, А. Ашер, S.D.C. Кералис, Проблема данных , публикация CLIR № 154 (Вашингтон, округ Колумбия: Совет по библиотечным и информационным ресурсам, 2012 г.). [↩]
  3. См. Sydel Silverman, «Introduction», in Preserving the Anthropological Record , ed. Сидел Сильверман и Нэнси Дж. Парезо (Нью-Йорк: Фонд Веннер-Грена антропологических исследований, 1995), 1. [↩]
  4. Это исследование финансировалось Альфредом П.Sloan Foundation и управляется Советом по библиотечным и информационным ресурсам (CLIR). См. Jahnke, Asher, and Keralis, The Problem of Data . [↩]
  5. Университет штата Пенсильвания, Университет Лихай, Университет Бакнелла, Университет Джона Хопкинса и Университет Пенсильвании. [↩]
  6. Джин Э. Джексон, «I Am a Fieldnote», in Fieldnotes: The Making of Anthropology , ed. Роджер Санджек (Итака: Cornell University Press, 1990), 1. [↩]
  7. См. O. Parry and N.С. Маутнер, «Чьи это данные?» Социология 38, вып. 1 (2004): 140-41. [↩]
  8. Число в скобках – идентификационный номер участника; см. Таблицу 1. [↩]
  9. Американская антропологическая ассоциация (AAA), Заявление по этике: принципы профессиональной ответственности , 2012 г., http://www.aaanet.org/profdev/ethics/upload/Statement-on -Ethics-Principles-of-Professional-Responsibility.pdf. [↩]
  10. В эту версию были внесены незначительные изменения в 2009 году с целью внесения незначительных изменений в некоторые формулировки заявления.Поскольку эта редакция не изменила структуру или основные положения заявления, мы продолжаем ссылаться на версию 1998 года (как и веб-сайт по вопросам этики AAA). Американская антропологическая ассоциация, Этический кодекс Американской антропологической ассоциации, Заявление, 1998 г., B.4-5, C1. [↩]
  11. Американская социологическая ассоциация, Этический кодекс, 1999 г., 13.05. [↩]
  12. Либби Бишоп, «Этический обмен и повторное использование качественных данных», Австралийский журнал социальных вопросов 44, вып. 3 (2009): 266.[↩]
  13. Johannes Fabian, Этнография как комментарий: запись из виртуального архива (Дарем: Duke University Press, 2009), vii. [↩]
  14. Там же, 9-13. [↩]
  15. Там же, 3. [↩]
  16. Johannes. Фабиан, «Магия и современность: беседа с травником и магом», пер. Йоханнес Фабиан, Архив популярного суахили 7 (2005 г.), http://www.lpca.socsci.uva.nl/aps/vol7/kahengatext.html#introduction. [↩]
  17. Фабиан, «Мэджик», 123.[↩]
  18. Fabian, Ethnography , 54. Однако возникает вопрос, почему Фабиан счел традиционно публикуемую монографию необходимой для этого проекта, а не просто включил ее в архив. Учитывая, что его книга аннотирует онлайн-тексты с использованием номеров абзацев, которые предполагают конкретный онлайн-макет, было бы более эффективным создать гиперссылки между комментарием и первичными материалами. Таким образом, «эксперимент» кажется неполным. [↩]
  19. Дэвид Цейтлин, «Антропология в архивах и архивов: возможное будущее и условное прошлое.Архивы как антропологические суррогаты », Ежегодный обзор антропологии 41, вып. 1 (2012): 472, DOI: 10.1146 / annurev-anthro-092611-145721. См. Также Г. Исаак, «Чья это была идея ?: Музеи, копии и воспроизведение знаний», Current Anthropology 52, no. 2 (2011) 211-233. [↩]
  20. Ричард Прайс, Первый раз: Историческое видение афроамериканского народа (Балтимор: издательство Университета Джона Хопкинса, 1983), 5-6. Дополнительные примеры и обсуждение межкультурных различий в отношении доступа к знаниям см. В Nancy J.Парезо, «Сохранение наследия антропологии: CoPAR, антропологические записи и архивное сообщество», The American Archivist 62 (1999): 285, примечание 24. [↩]
  21. Price, First Time, 21–23. [↩]
  22. Там же, 23. [↩]
  23. Сильверман, «Введение», 4; Парри и Маутнер, «Чьи данные», 142. [↩]
  24. Парри и Маутнер, «Чьи данные», 141. [↩]
  25. Фабиан, Этнография, 16-17. [↩]
  26. Цейтлин, «Антропология архивов и архивов», 470.[↩]
  27. Парри и Маутнер, «Чьи данные», 148. [↩]
  28. Сильверман, «Введение», 4-5. [↩]
  29. Fabian, Ethnography, 16-17. [↩]
  30. Аннамария Карузи и Марина Джиротка, «От архива данных к этическому лабиринту», Качественное исследование 9, вып. 3 (2009): 292. [↩]
  31. Чарльз К. Хамфри, Кэрол А. Эстабрукс, Джуди Р. Норрис, Джейн Э. Смит и Кэтрин Л. Хескет, «Архивист на борту: вклад в исследовательскую группу», Форум: качественные социальные исследования 1, вып.3 (2000). [↩]
  32. Хамфри и др., «Архивариус на борту», ​​5. [↩]
  33. Парезо, «Сохранение наследия антропологии». [↩]
  34. CoPAR выпустил серию из четырнадцати бюллетеней, в которых излагаются конкретные вопросы, связанные с сохранением антропологических материалов, и адресованных практикующим антропологам. Эти бюллетени доступны на http://copar.org/bulletins.htm. К сожалению, поскольку большинство этих бюллетеней было написано в конце 1990-х годов, многие обсуждения технологий устарели.Однако концептуальные дискуссии остаются весьма актуальными. [↩]
  35. ASA, Кодекс этики, 11; AAA, Заявление об этике (Часть 3), 7. [↩]
  36. Zachary M. Schrag, Ethical Imperialism: Institutional Review Boards and the Social Sciences, 1965-2009 (Baltimore: Johns Hopkins University Press, 2010), 15 . [↩]
  37. Для обсуждения чрезвычайной сложности архивирования видео- и аудиоданных анонимно см. Луиз Корти, Аннетт Дэй и Джилл Бэкхаус, «Конфиденциальность и информированное согласие: вопросы, которые следует учитывать при сохранении и предоставлении доступа к Качественные архивы данных », Форум: Качественные социальные исследования 1, вып.3 (2000): 4.4c, http://www.qualitative-research.net/index.php/fqs/article/view/1024. [↩]
  38. А. Нараянан, Х. Пасков, Н. З. Гонг, Дж. Бетенкур, Э. Стефанов, Э. Р. Шин и Д. Сонг, «О возможности идентификации автора в масштабе Интернета», Безопасность и конфиденциальность (SP) , Симпозиум IEEE по безопасности и конфиденциальности 2012 г. (20-23 мая 2012 г.): 301, http://ieeexplore.ieee.org/xpls/abs_all.jsp?arnumber=6234420. [↩]
  39. Джексон, «I Am a Fieldnote», 10–12. [↩]
  40. Там же, 22. [↩]
  41. Саймон Оттенберг, «Тридцать лет полевых заметок: изменение отношений к тексту», в Fieldnotes: The Makings of Anthropology , ed.Роджер Санджек (Итака: издательство Корнельского университета, 1990), 153. []
  42. Цейтлин, «Антропология в архивах и архивов», 471. [↩]
  43. Кэтрин Фаулер, «Этические соображения», в Silverman and Parezo, Сохранение антропологической летописи , 64-65; Роберт Леопольд, «Вторая жизнь этнографических полевых заметок», Ateliers d’anthropologie 32 (2008): 4. [↩]
  44. Парезо, «Сохранение наследия антропологии», 301-305. См. Также Луиза Корти, «Прогресс и проблемы сохранения и обеспечения доступа к качественным данным для социальных исследований – международная картина зарождающейся культуры», Forum: Qualitative Social Research 1, no.3 (2000): 10.1. [↩]
  45. Бишоп, «Этический обмен», 263. [↩]
  46. Там же, 264. [↩]
  47. Цейтлин, «Антропология в архивах и архивов», 471; см. также Парри и Маутнер, «Чьи данные», 147. [↩]
  48. Бишоп, «Этический обмен», 263. [↩]
  49. Карузи и Джиротка, «Из архива данных», 294; Парри и Маутнер, «Чьи данные», 146; AAA, Этический кодекс, III.A.4. [↩]
  50. Секция устной истории Общества американских архивистов поддерживает веб-страницу, на которой резюмируются дела и даются ссылки на соответствующие документы по адресу http: // www2.archivists.org/groups/oral-history-section/the-belfast-case-information-for-saa-members. [↩]
  51. Цейтлин, «Антропология в архивах», 471. [↩]
  52. См. Карузи и Джиротка, «Из архива данных», 294-95. [↩]
  53. См. Corti, Day, and Backhouse, «Конфиденциальность и информированное согласие», 4.4, о расходах на создание анонимных архивов. [↩]
  54. «Руководство ICPSR по подготовке и архивированию данных в области социальных наук, этап 5: подготовка данных для обмена» представляет собой модель этих процессов.См. Http://www.icpsr.umich.edu/icpsrweb/content/deposit/guide/chapter5.html. [↩]
  55. Парезо, «Сохранение наследия антропологии», 285. [↩]
  56. Сильверман, «Введение», 6. [↩]
  57. Янке, Ашер и Кералис, Проблема данных . [↩]
  58. Там же, 17. [↩]
  59. Там же, 17-18. [↩]
  60. Список общественных групп и организаций, участвующих в проекте Мукурту, доступен на http://www.mukurtu.org/community.html. [↩]
  61. Недавнее решение NSF включить наборы данных в качестве одного из исследовательских продуктов, которые будут включены в раздел его заявок на гранты, где исследователи описывают свою квалификацию, тем не менее предполагает, что текущая система вознаграждений может постепенно меняться (см. Http : // нсф.gov / pubs / policydocs / pappguide / nsf13001 / gpg_sigchanges.jsp). [↩]

Потребители, а не компании диктуют тенденции

Компании пытаются предсказать тенденции, и они могут ошибаться. Причина проста в том, что компании часто демонстрируют туннельное видение. Они видят мир через призму своей продукции.

Многие инвесторы полагаются на компании как на основной источник информации. Они полагаются на компании, которые проводят свои собственные исследования и предсказывают будущее своей продукции. С помощью этнографического исследования, когда исследователи наблюдают за участниками исследования в реальной жизни, можно предсказать потребительские тенденции, а затем найти правильные инвестиции.

Давайте возьмем пример этнографического исследования 20-летней Снехи, живущей в трущобах в Мумбаи. Снеха работает бухгалтером и пытается сэкономить половину своего дохода, чтобы получить степень MBA. Она может рассказать вам о своем чахотке сегодня, но не может рассказать о завтрашнем дне. Она настаивает на том, что ее диета не изменилась бы, будь у нее деньги. Но мы знаем, что диеты меняются с ростом доходов.

Найдите зеркала их отношения

Вот простой холодильник – мощное зеркало питания потребителей через их доходы.

Первый холодильник – это эффективное устройство для хранения овощей и остатков пищи. Это событие, которое в корне меняет жизнь. Например, женщины говорят нам, что холодильник позволяет им еще на 3 часа в день, сэкономив им многократные посещения рынка, чтобы приготовить еду «точно в срок».

Когда семьи становятся средним классом и денег становится меньше, они начинают баловаться мороженым, шоколадом, холодным пивом и безалкогольными напитками. Затем, когда они становятся богатыми, они беспокоятся о здоровье, поэтому в холодильнике есть такие продукты, как обезжиренное молоко, все диетические продукты, пробиотики и свежевыжатые соки.

Чтобы понять, что они будут есть в будущем, не спрашивайте потребителей, а посмотрите в холодильник того социально-экономического класса, который их опередил. Заглянув в холодильники людей, мы узнаем, что состоятельные люди потребляют почти в 20 раз больше молочных продуктов, чем бедные, что указывает на потенциальные возможности для инвестиций.

Правильное определение тенденции зависит от способности исследователя находить правильные зеркала отношения.

Культура – это просто совокупность всех основных ценностей, которых все мы придерживаемся как личности.

Такие потребительские тенденции, как более здоровый образ жизни, существуют в культурных рамках, которые со временем меняются. Культура – это просто совокупность всех основных ценностей, которых мы все придерживаемся как личности. Все мы являемся продуктами нашей культуры, и понимание этой структуры необходимо при попытке предсказать культурные тенденции.

«Чтобы путешествовать внутри, вам нужно выехать наружу».

Наконец, мы можем наблюдать изменения в путешествиях. В более консервативные времена на развивающихся рынках люди возвращались в свои деревни, чтобы побыть со своими семьями.Поездок за пределы страны практически не было. Поскольку индийская и китайская культуры начали концентрироваться на конкуренции, люди пытались превзойти друг друга, путешествуя за границу в 6 городов за 7 дней, размещая сообщения в Facebook и следя за тем, чтобы все знали, где они были, что стимулировало спрос на пакетные туристические программы. Но этот спрос сместится в сторону более индивидуалистических путешествий. Затем путешественники стремятся извлечь уроки из своего опыта, чтобы стать лучше. Как однажды сказал нам респондент: «Чтобы путешествовать внутри, нужно выезжать наружу.”

Встречаясь с этими потребителями посредством этнографических исследований в их домах, в деревнях и городах разных стран, мы можем попытаться понять их надежды, чаяния и тревоги. Эти мечты о лучшем завтрашнем дне для них самих и их семей составляют основу нашего портфолио.

Мнения, выраженные в данном документе, не являются исследованиями, инвестиционными советами или торговыми рекомендациями и не обязательно отражают точку зрения Trinetra Investment Management LLP и могут быть пересмотрены с течением времени.Trinetra авторизована и регулируется Управлением по финансовому регулированию и надзору Великобритании.

Большой этнографический диктант. Вопросы на диктант Образцы вопросов на этнографический диктант

Федеральный список вопросов Этнографического диктанта 2019 (с 1 по 20) и дополнительных вопросов для основного сайта (с 21 по 30), ИЭА РАН

1. Россия является федеративным государством и состоит из 85 равноправных субъектов – республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов.Укажите их количество. Запишите ответ в формате А – 1; Б – 2, пр.

Правильный ответ: А – 5; Б – 1; В 4; G – 3; D – 6; Ф – 2

2. Один из крупнейших этнографических музеев мира – Русский этнографический музей (РЭМ), посвященный народам России и стран бывшего СССР. Его коллекция насчитывает около полумиллиона единиц хранения. В каком городе расположен этот музей?

А. Владивосток

Б. Москва

В.Новосибирск

Санкт-Петербург

Правильный ответ: G

3. Какой национальный праздник в прошлом завершал весенние полевые работы, а теперь является символом дружбы и широко распространен в регионах России, а также отмечается на федеральном уровне и за рубежом?

Калмыцкий А. Зул

Б. Тюркский нардуган

В. Сабантуй Поволжья и др.

г. Бурятский Сагаалган

Правильный ответ: B

4.В целях поддержки национальных культур и обеспечения конституционных прав на национально-культурное развитие принята Стратегия государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года. На какой территории реализуется Стратегия?

А. В республиках России

Б. В тех регионах России, где проживает много национальностей и языков

Б. По России

Правильный ответ: B

5. Русский географ, ботаник, статистик, экономист, государственный и общественный деятель, первый исследователь Тянь-Шаня, организатор Первой всеобщей переписи населения Российской Империи 1897 г .:

А.Владимир Клавдиевич Арсеньев (1872-1930)

Б. Пётр Кузьмич Козлов (1863-1935)

В. Николай Михайлович Пржевальский (1839-1888)

Г. Семенов Петр Петрович (1827-1914)

Правильный ответ: G

6. Государственная перепись населения – важное историческое событие; она проводилась в современной России в 2002 и 2010 годах. Когда состоится следующая Всероссийская перепись населения?

A. В 2020 году

Правильный ответ: A

7.Россия – многокультурная и многоязычная страна. Как государство рассчитывает это разнообразие?

A. Официальной статистики по национальностям и языкам в России нет.

B. Помимо государственной переписи, существуют и другие источники официальной информации о национальностях и языках в России.

Б. Государственная перепись – единственный источник официальной информации о национальностях и языках в России

Правильный ответ: B

8.Какие возможности есть у каждого жителя страны для самоопределения национальности при Всероссийской переписи населения?

A. Запрещено указывать свою национальность

B. Вы можете указать свою национальность, выбрав из официального списка

B. Вы можете совершенно свободно указать свою национальность

Правильный ответ: B

9. В одной из республик России говорят более чем на 30 языках. Средневековые географы писали, что это «страна гор и горы языков.«О какой республике Российской Федерации идет речь?

А. Республика Алтай

Б. Республика Башкортостан

Б. Республика Дагестан

г. Кабардино-Балкарская Республика

Правильный ответ: B

10. Какой из следующих языков является рекордсменом России по количеству букв (66)?

А. Татарский

Б. Адыгейский

Ительменский В.

г.Нивхский

Правильный ответ: B

11. Какие из перечисленных языков России относятся к финно-угорским языкам?

А. Карачаево-Балкар, Крымско-Татарский, Чулым

Б. Нанайский, Негидаль, Эвен

В. Вепский, г. Ханты, Марийский

Г. Агульский, Рутульский, Табасаран

Правильный ответ: B

12. В России, где много языков, широко распространен русский язык. Какая часть населения в РФ говорит по-русски?

А.Половина населения

Б. Две трети населения

Б. 75% населения

D. Более 90% населения

Правильный ответ: G

13. Котляр, Ловари, Сервс, Влахи, Крым – к каким группам населения России принадлежат эти имена?

А. Греки

Б. Караимам

В. Татарам

г. Цыганский

Правильный ответ: G

14.Самоназвание какого из этих народов («ня») в переводе на русский язык означает «товарищ»?

А. Абазин

Б. Буряты

В. Нганасаны

Правильный ответ: B

15. К каким народам России относятся «горная» (кырык) и «луговая» (олык) группы?

А. Ижора в Ленинградской области

Б. Кумыки в Дагестане

В. Марий в Республике Марий Эл

г.Ногайцы в Ставропольском крае

Правильный ответ: B

16. Сравните современные и древние названия народов Дальнего Востока, наделенных статусом коренных малочисленных народов России. Некоторые старые имена до сих пор используются в повседневной жизни. Запишите ответ в формате А – 1; Б – 2, пр.

Правильный ответ: A-4, B-2, B-1, D-3

17. Среди каких народов, ныне имеющих статус малочисленного коренного меньшинства в России, традиционно были распространены чугунолитейные промыслы, а русские поселенцы называли своих соседей «кузнецкими татарами»?

Б.Уилта

В. Кереки

г. Короткий

Правильный ответ: G

18. Некоторые группы русского народа связаны с историей старообрядчества. В Поволжье – это Кержаки и Кулугуры, в Ставрополье – некрасовцы. Как зовут потомков старообрядцев Забайкалья?

А. Духоборов

Б. Семейский

В. Молокан

г. Субботники

Правильный ответ: B

19.Пироги и лепешки – излюбленное традиционное блюдо многих народов России. Сравните кулинарную и национальную кухню. Запишите ответ в формате А – 1; Б – 2 и т.д .:

Правильный ответ: А – 3; Б – 1; В 5; G – 2; D – 4

20. В России до 18 века он был основой еды, но затем его заменил картофель. Его готовили в традиционной русской печи в собственном соку и, благодаря целебным средствам, использовали и в лечебных целях. Что это за овощ?

Б.Свекла

Брюква В.

Правильный ответ: A

================================================= ================

Дополнительные вопросы для проведения диктанта на основном сайте

21. Какие из этих традиционных напитков удмурты подают на свадьбе под названием «Девичье вино»?

г. Кумышка

Правильный ответ: G

22. Название какого тюркского народа России совпадает с историческим названием большого ханства, возникшего в междуречье Волги и Урала после распада Золотой Орды и существовавшего в XV-XVII веках?

А.Карачаевцы

Б. Кумыки

Ногайцы В.

Правильный ответ: B

23. Слово «шаман» стало международным. Из какого языка был заимствован этот термин?

Алтайский А.

Б. Бурятский

В. Мансийск

г. Эвенки

Правильный ответ: G

24. Для каких людей после сватовства проводился ритуал «табакад» – табак, при котором родственники жениха и невесты в знак согласия должны были вместе курить табак?

А.Белорусы

Б. Вод

В. Ингушетия

г. Лезгины

Правильный ответ: B

A. Армяне

Б. Ассирийцы

В. Даргинс

г. Telengity

Правильный ответ: B

26. Вяленое мясо рыбы, один из основных традиционных продуктов питания народов Дальнего Востока, называется:

А. Балык

Б. Строганина

г. Юкола

Правильный ответ: G

27.Какие народы традиционно использовали следующие типы переносного жилья? (запишите ответ в формате A – 1; B – 2 и т. д.)

Правильный ответ: А – 4; БИ 2; В 1; Д – 3

28. Где самое почетное место в традиционном переносном жилище – юрта или чум?

А. Напротив входа

Б. Слева от входа

Б. Справа от входа

Д. У подъезда

Правильный ответ: A

29.В какой меховой обуви ходили саамы Кольского полуострова, отправляясь в тундру?

А. Валенки – валенки теплые из овечьей шерсти

Б. Торбаса – сапоги мягкие из оленьих шкур с шерстью снаружи

Б. Унты из меха внутрь или наружу, чаще всего из меха собаки или оленя

G. Yary – ботинки зимние из оленьей кожи с загнутым вверх носком

Правильный ответ: G

30. Что значит «гжельский куст»?

А.Завод особого типа Подмосковье

Б. Историко-культурная зона Подмосковья с традиционными русскими промыслами

B. Особый дизайн керамических игрушек

Д. Речная система Московской области

Беседа о Великом этнографическом диктате с И.В. Октябрьская, доктор исторических наук, заведующая отделом этнографии Института археологии и этнографии Сибирского отделения Российской академии наук.Новосибирск. 01.10.2016.

Всероссийская акция «Великий этнографический диктант» позволит оценить уровень этнографической грамотности населения, его осведомленность о народах, проживающих в Российской Федерации.

Диктант проводится с целью оценки уровня этнографической грамотности населения, их знаний о народах, проживающих в Российской Федерации. Акция будет способствовать укреплению межнационального мира, гармонизации межнациональных отношений, а также привлечению внимания к этнографической науке.

«Великий этнографический диктант» оценит уровень этнографической грамотности населения, а также знания людей о народах, населяющих Россию, внесет вклад в национально-культурное развитие народов Российской Федерации, будет направлен на сохранение их этнокультурная идентичность, укрепление межнационального мира и согласия.

Акция будет проводиться в один день на территории Российской Федерации 4 октября 2016 года.Итоги будут торжественно объявлены 4 ноября – в день национального единства.

Проведение диктанта не только позволит провести своего рода мониторинг компетенций, но и привлечет внимание к этнографии как науке и еще раз поможет продемонстрировать, что многонациональность и мультикультурализм нашей страны является источником нашей силы и конкурентоспособности.

Мы приглашаем различные заведения стать площадкой для диктанта и обещаем, что любой житель России сможет написать этнографический диктант, участие в нем будет бесплатным.

Мероприятие будет проходить одновременно во всех регионах страны по местному времени регионов, участники диктанта получат задания одного уровня сложности, которые необходимо будет выполнить в течение определенного периода времени. «

Загребин Алексей Егорович

Председатель Ассамблеи народов Удмуртии, доктор исторических наук, профессор РАН

Тема культур и традиций народов России неисчерпаема и не укладывается в 30 вопросов этнографического диктанта.Но наша задача состоит в том, чтобы после этой акции у жителей России появилось желание изучить свои корни, традиции своих предков, узнать больше о тех, кто живет поблизости. Ведь знания – основа взаимоуважения и согласия между людьми разных национальностей

Игорь Баринов

Р Руководитель Федерального агентства по делам национальностей

Большой этнографический диктант пройдет по всей России

Всероссийская просветительская акция «Великий этнографический диктант» пройдет 4 октября 2016 года в каждом субъекте Российской Федерации.

В диктанте могут участвовать жители России и зарубежных стран, говорящие на русском языке, независимо от образования, социальной принадлежности, вероисповедания и гражданства в возрасте от 15 лет и старше.

Диктант позволит оценить уровень этнографической грамотности населения, его знания о народах, проживающих в России, и привлечет внимание к этнографии как науке, играющей важную роль в гармонизации межнациональных отношений.

Задания на диктант будут состоять из 30 вопросов.Участникам будут предложены тестовые задания одного уровня сложности, которые будут состоять из двух частей: федеральных и региональных вопросов. Их нужно будет завершить в определенные сроки. Общее количество баллов, которые можно заработать за выполнение всех заданий, составляет 100.

Масштабная акция в России проводится впервые. Организаторами выступают Федеральное агентство по делам национальностей совместно с Министерством национальной политики Удмуртской Республики, АНО «Ассамблея народов Удмуртии» при поддержке Общероссийской общественной организации «Ассоциация антропологов». Этнологи ».

Вы можете стать участником Диктовки, связавшись с любой Региональной платформой для его написания, независимо от места жительства. Адрес ближайшего регионального сайта можно найти на сайте

.

Накануне Дня народного единства жители нашей страны написали Большой этнографический диктант. Мы опубликовали – многие из них оказались довольно сложными. Прочтите большой отчет с мероприятия. Пришло время проверить свои знания. Итак, поехали:

1.Ответ: В) согласно статье 3 Конституции РФ.

2. Ответ: Г). После завоевания Казани царем Иваном Грозным в 1552 году удмурты вошли в состав Русского государства.

3. Ответ: А). Государственный историко-архитектурный и этнографический музей-заповедник расположен в 68 км от Петрозаводска, столицы Республики Карелия.

4. Ответ: A-3-I, B-4-IV, B-1-II, G-2-III

5. Ответ: B). Аварская

6. Ответ: Б).Каюм Насыри – выдающийся ученый, писатель и просветитель татарского народа.

7. Ответ: А). Семен Дежнев – русский путешественник, исследователь, мореплаватель, исследователь Севера, Восточной Сибири и Северной Америки, казачий атаман, пушной торговец.

8. Ответ: Г). Аппаз Илиев – русский долгожитель, живущий в Ингушетии.

9. Ответ: Б), В). В настоящее время ингерманландцы проживают в основном в России – Санкт-Петербурге, Ленинградской области, Карелии, Западной Сибири.

10.Ответ Б). Мария Сычева (Угловская), гравер. В 1931 г. вступила в артель «Северная кролик», а с 1942 г. возглавила артель Велокустюгского чернения серебра.

11. Ответ: А). Нифхи – малочисленный коренной народ Сахалина.

12. Ответ: Б).

13. Ответ: Г). Амет-Хан Султан – выпускник первого Качинского военно-авиационного училища, в годы Великой Отечественной войны прошел путь от летчика до командира эскадрильи.

14. Ответ: Б). Народный танец, который является одним из самых распространенных коллективных хороводов деревенских танцев.Исполняется как веселый круговой танец, часто в сопровождении хорового пения. Артисты держатся за руки или за плечи и выполняют синхронные ритмические движения, поднимая и опуская руки.

15. Ответ: Б). Исторически сложившееся название башкирским солдатам дали французы в эпоху наполеоновских войн 1807-1814 годов.

16. Ответ: Б). В сборник вошла 61 сказка: 29 сказок о животных, 16 волшебных и 16 бытовых сказок из основного сборника.

17. Ответ: Г). Алтайский щипковый музыкальный инструмент с двумя завязками.

18. Ответ: Б).

19. Ответ: Г).

20. Ответ: А). Коран в России был впервые опубликован в 1787 году по указу Екатерины II в типографии «Шнор» на основе специально созданного шрифта по рисункам татарского муллы Усмана Исмаила и с его комментариями. Первый тираж составил всего 20 экземпляров.

21. Ответ: Б).

22. Ответ: Г). Кукушку чаще всего называли сотканной из травы куклой «слезы кукушки».

23. Ответ: Б). Это что-то вроде сандалий – легкая обувь пастухов и странников.

24. Ответ: А).

25. Ответ: Б).

26. Ответ: Б). Ростов до сих пор остается единственным центром производства расписной эмали в нашей стране.

27. Ответ: А). Ритуальное чучело, ритуальная кукла, построенная из подручного материала значительных размеров, называется Масленицей или Костромой.

28. Ответ: А). Ритуальное печенье «Вознесенские лестницы» – это лестница в небо.

29. Ответ: А). Прозвище «косой» рязанцы получили за манеру воткать топоры в кушак под тулуп. Топор в поясе сбоку перевешивал створку, поэтому получилась фигура косого среза.

30. Ответ: А). стихотворение советской и российской балкарской поэтессы, народной поэтессы Кабардино-Балкарской АССР Танзили Мустафаевны Зумакуловой.

Они откроются 3 ноября 2017 года во всех регионах России и соседних странах – Азербайджане, Армении, Беларуси, Казахстане, Кыргызстане, Молдове, Таджикистане, Туркменистане, Узбекистане, Абхазии и Южной Осетии.

Диктант начинается 3 ноября в единое время – в 10:00 по московскому времени. Для регионов Сибири и Дальнего Востока организаторы сделали исключение из-за большой разницы часовых поясов. Здесь диктант начнется в 10:00 по местному времени.

Диктант состоит из 30 тестовых вопросов. 20 вопросов одинаковы для всей России и ближнего зарубежья, а 10 составлены с учетом региональной специфики. Общая сумма баллов, которые можно набрать за правильное выполнение всех заданий, составляет 30 (по одному баллу за каждый правильный ответ).На написание Большого этнографического диктанта дается 45 минут.

Стать участником диктанта может любой желающий, независимо от возраста, для этого достаточно обратиться на любую региональную площадку или в зарубежное представительство Россотрудничества.

Организаторами предусмотрена возможность написания диктанта онлайн. Для этого вам необходимо 3 ноября в 10:00 по московскому времени зайти на сайт Великого этнографического диктанта и выполнить тестовые задания.

«Задача диктанта состоит в том, чтобы после этой акции у жителей России, наших соотечественников за рубежом появилось желание изучить свои корни, традиции своих предков, узнать больше о тех, кто живет поблизости.Ведь знания – основа взаимоуважения и согласия между людьми разных национальностей », – заявил глава Федерального агентства по делам национальностей Игорь Баринов.

В этом году по всей стране организованы необычные площадки для написания диктанта. в Мурманске моряки ледокола «Владивосток» ответят на вопросы о народах России

В Москве центральной площадкой для диктанта станет Дом Пашкова – историческое здание Российской государственной библиотеки (РГБ).3 ноября здесь напишут диктант глава ФАДН России Игорь Баринов, депутаты Госдумы, известные артисты и общественные деятели.

РГБ становится центральной площадкой диктанта второй год подряд. Этот выбор не случаен – более 150 лет назад библиотека начиналась как собрание собраний Государственного канцлера Российской Империи графа Николая Румянцева, среди которых было богатое собрание этнографических материалов. Сегодня в Доме Пашкова находится отдел картографических изданий РГБ, в богатых фондах которого можно найти уникальные атласы и карты с XVI века до наших дней, есть также этнографические карты.Эти карты стали украшением выставки «Карты земель Русского Севера: реальность и мифы», проходящей в одном из выставочных залов РГБ (Ивановский зал), которую смогут получить гости и участники этнографического диктанта. познакомиться с.

4 ноября в России отмечается День народного единства. Однако для многих суть этого государственного праздника остается довольно расплывчатой, а слова о единстве звучат формально. Как именно и с кем объединяться?

Ответ на этот вопрос дает акция «Великий этнографический диктант».Приглашает всех желающих проверить свои знания о культуре многочисленных народов России и зарубежья, а также узнать что-то новое о стране и ее ближайших соседях.

Впервые в Удмуртии прошел «Этнографический диктант». В 2017 году география кампании расширилась. Федеральное агентство по делам национальностей, которое является одним из организаторов, отмечает, что в этом году, помимо России, к проекту присоединятся Азербайджан, Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Молдова, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Абхазия и Южная Осетия. .

Что будет в задачах?

Участникам предстоит ответить на 30 тестовых вопросов, 20 из которых посвящены федеральным вопросам, а остальные 10 – региональным вопросам.

Для успешной сдачи теста вам потребуются знания о народах России и стран СНГ – их языках, религии, кухне и традиционных ремеслах. Также будет полезна информация о федеральном устройстве Российской Федерации.

Общий балл за диктовку составляет 100, на выполнение дается 45 минут.

Большой этнографический диктант сложных вопросов. Большой этнографический диктант 2017. Б. Конституция Российской Федерации

4 ноября в России отмечают День народного единства. Однако для многих суть праздника остается туманной, а слова о единстве звучат формально. Как именно и с кем объединяться?

Ответ на этот вопрос дает акция «Большой этнографический диктант». Она приглашает всех желающих проверить свои знания о культуре многочисленных народов России и зарубежья, а также узнать что-то новое о стране и ее ближайших соседях.

Впервые в Удмуртии прошел «этнографический диктант». В 2017 году география кампании расширилась. В Федеральном агентстве по делам национальностей, которое является одним из организаторов, отмечают, что в этом году, помимо России, к проекту присоединятся Азербайджан, Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Молдова, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Абхазия и Южная Осетия. .

Что будет в задачах?

Участники должны ответить на 30 вопросов теста, 20 из которых посвящены вопросам федерального масштаба, а остальные 10 – региональным вопросам.

Для успешной сдачи теста потребуются знания народов России и стран СНГ – их языка, религии, кухни и традиционных промыслов. Также пригодится информация о федеральном устройстве РФ.

Общее количество баллов за диктант – 100, исполнение дается за 45 минут.

Накануне Дня единства народов, 3 ноября 2017 года, во всех регионах страны пройдет культурно-просветительская акция «Большой этнографический диктант».

Уникальность России – ее национальное многообразие. В нашей стране 193 человека. Насколько хорошо мы знаем их историю, обычаи, традиции, культуру? Чтобы ответить на эти вопросы, проводится большой этнографический диктант.

В этом году мероприятие получило статус международного – с его проведением была связана Россотрудерна. Таким образом, проверить уровень этнографической грамотности смогут не только жители России, но и соотечественники за рубежом.

Организатор «Большого этнографического диктанта» – Федеральное агентство по делам национальностей.

Наша официальная группа ВКонтакте:,.

В прошлом году «Большой этнографический диктант» написали почти 90 тысяч человек: 35 тысяч внутренне и более 50 тысяч – онлайн. Самой молодой участницей «Диктанта» была 12-летняя девочка из Ульяновской области, самый старший – 80-летний мужчина из Мордовии. Средняя оценка диктанта по стране составила 54 балла из 100 возможных.

Также доступен пробный тест, прохождение которого участник получает баллы. Максимально возможное количество баллов – 100. Тестовые вопросы взяты с 2016 года.

Стать участником под диктовку может любой желающий. Достаточно обратиться на любую региональную площадку своего творчества, независимо от места проживания, или в зарубежное представительство Россотрудничества. Их адреса можно найти на сайте.

Глава Федн России Игорь Баринов подвел итоги большого этнографического диктанта.В этом году его написали 367 тысяч жителей России и еще 14 стран мира. Это в 4 раза больше, чем в 2016 году.

Открыто 2600 игровых площадок для написания диктанта по стране и за рубежом, а в прошлом году их было всего около 800. На этих площадках 167 тысяч человек проверили свои знания о традициях, культуре, истории. народов России – в 5 раз больше по сравнению с прошлым годом. Благодаря поддержке ИА ТАСС, газеты «Комсомольская правда» и Правительства Удмуртии в организацию электронных площадок «Диктант онлайн» написали более 200 тысяч участников.

Как рассказал Игорь Баринов, больше всего площадок и участников диктанта было в Москве (18 тысяч человек) и Республике Саха (Якутия) (10 тысяч человек). Например, в Якутии организовано 3 площадки в Якутии на Полюсе холода в Оймяканском улусе. Диктовка прошла почти при -45 градусах.

В этом году регионы не просто увеличили количество площадок и количество участников, но и изначально подошли к выбору места диктанта.Он был написан на ледоколе «Владивосток» в Мурманске, в старинной крепости Нарын-Кала в Дербенте, на Государственной башне согласия в Магасе, в Кубанском казачьем корпусе в Краснодаре.

Кроме того, в этом году впервые диктант написали наши соотечественники в странах СНГ, и Россотрудники получили поддержку. Наибольший интерес к акции проявил Кыргызстан, где под диктовку написали 23% от общего числа участников из стран СНГ. Второе место по количеству участников занял Таджикистан, третье – Молдова.

«Для наших соотечественников сейчас особенно важно укрепление связи с Россией, духовная и культурная поддержка с нашей стороны. Нельзя забывать историю и традиции», – сказал Игорь Баринов.

Средний балл по России за диктовку составил 17,4 (из 30 возможных), что на 4% лучше, чем в прошлом году. В странах СНГ средний балл чуть ниже – 16,5. «Это связано с тем, что на площадках ближнего зарубежья среди участников было больше молодежи, а их знания, к нашему сожалению, хуже, чем знания старшего поколения.Но для этого мы проводим действия, чтобы эти пробелы восполнялись, и я уверен, что это будет необходимо нам », – добавил Игорь Баринов.

Как и в прошлом году, представительницы прекрасной половины человечества оказались будьте активнее – среди участников было около 70% женщин.

При написании диктанта каждый участник указывал свой возраст. В результате доля молодежи (до 25 лет) в России составила 60%. и 80% странами СНГ.

«Большой этнографический диктант дает возможность ощутить внимание и уважение к себе, заботу общества и государства о сохранении разнообразия национальных культур и традиций, подчеркивает духовное богатство России. , которым по праву может гордиться каждый гражданин.Но самая главная задача – это, конечно, просвещение наших граждан, информирование о том колоссальном этнокультурном многообразии, которое имеет наша страна », – объяснил рост популярности акции глава ФАТН России.

Министр по развитию институтов гражданского общества Республики Саха (Якутия) Анатолий Бравин обратил внимание на всплеск интереса к истории, культуре народов России после завершения диктанта: «Провайдеры сообщили, что после завершения диктант, количество поисковых запросов в Интернете, связанных с народами России, резко возросло.Увеличилось количество посетителей в библиотеках. Это говорит о том, что после диктанта у людей появилось желание узнать больше о тех, кто живет поблизости.

На пресс-конференции в ТАСС он вручил дипломы отличившихся полей. Самой доблестной площадкой стал ледокол «Владивосток» (кстати, экипаж за диктант набрал в среднем 23,4 балла, в среднем 23,4 балла), Сам вынос – Кубанская казачья избушка в Краснодаре, самая древняя – крепость Нарын-Кала в Дербенте (Республика Дагестан), самая массовая. сотрудников, а сама «Звезда» в числе известных людей – это дом Пашкова.

Республика Саха (Якутия) отмечена как самый отзывчивый и самоотверженный регион, Москва – как самый активный регион, Удмуртская Республика получила награду как самый надежный партнер, а Республика Ингушетия стала самым просвещенным регионом. Кроме того, в Ингушетии была организована уникальная площадка для слабовидящих: вопросы диктанта писались шрифтом Брюля.

Также столица отметилась тем, что здесь под диктант был написан самый юный участник – 7-летний первоклассник одной из московских школ (в прошлом году 12-летний житель Ульяновской области стал молодым).

Наградой стал певец, победитель шоу «Победитель» Рагда Ханиев. Ее фотография с большим этнографическим диктатом набрала больше всего лайков и победила в конкурсе, который проводился в Instagram.

Накануне Дня единства народов жители нашей страны написали большой этнографический диктант. Мы опубликовали – многие из них оказались довольно сложными. Читайте большой репортаж с мероприятия. Пора проверить свои знания. Итак, поехали:

1.Ответ: в) Согласно статье 3 Конституции РФ.

2. Ответ: г). После покорения Казани царем Иваном Грозным в 1552 году произошло вхождение удмуртов в состав Русского государства.

3. Ответ: а). Государственный историко-архитектурный и этнографический музей-заповедник расположен в 68 км от Петрозаводска, столицы Республики Карелия.

4. Ответ: A-3-I, B-4-IV, B-1-II, G-2-III

5. Ответ: б). Оповещение

6.Ответ: б). Каюм сквер – выдающийся ученый, писатель и просветитель татарского народа.

7. Ответ: а). Семен Дежнев – русский путешественник, помещик, морской водник, исследователь Северной, Восточной Сибири и Северной Америки, казачий атаман, паромный торговец.

8. Ответ: г). Аппаз орев – русский долгожитель, живущий в Ингушетии.

9. Ответ: б), в). В настоящее время ингерманландцы проживают в основном в России – Петербурге, Ленинградской области, Карелии, Западной Сибири.

10.Ответить на). Мария Сычева (англ.), Гравер. В 1931 году перешел в артель «Северная мобильная», а с 1942 года возглавил артель на Великоустюжском плаще серебра.

11. Ответ: а). Нифхи – малочисленный коренной народ Сахалина.

12. Ответ: б).

13. Ответ: г). Амемет Хан Султан – выпускник первого Качинского военного авиационного училища, в годы Великой Отечественной войны прошел путь от летчика до командира эскадрильи.

14. Ответ: Б). Народный танец, который является одним из самых распространенных коллективных танцев деревенских танцев.Исполняется как веселый круговой танец, часто в сопровождении хорового пения. Артисты держатся за руки или за плечи друг друга и совершают синхронные ритмичные движения, поднимая и опуская руки.

15. Ответ: в). Исторически сложившееся название, данное башкирским солдатам французами в эпоху наполеоновских войн 1807-1814 годов.

16. Ответ: б). В сборник вошла 61 сказка: 29 сказок про животных, 16 волшебных и 16 домашних сказок из основного собрания.

17. Ответ: г). Алтайский щипковый музыкальный инструмент с двумя нитками.

18. Ответ: б).

19. Ответ: г).

20. Ответ: а). Коран в России был впервые опубликован в 1787 году по указу Екатерины II в типографии ШНОРа на основе специально созданного шрифта по рисункам татарского муллы Усмана Исмаила и с его комментариями. Первый тираж составил всего 20 экземпляров.

21. Ответ: б).

22. Ответ: г). Кукушкой чаще всего называли сплетенную из травы куклу «слезы Цукушкина».

23. Ответ: б). Это что-то вроде сандалий – легких ботинок пастухов и странников.

24. Ответ: а).

25. Ответ: б).

26. Ответ: в). Ростов и сегодня остается единственным центром производства расписной отделки в нашей стране.

27. Ответ: а). Ритуальное чучело, ритуальная кукла, построенная из подружки, значительного размера, называется карнавалом или костромой.

28. Ответ: а). Ритуальное печенье «Вознесенская Ланенки» – это лестница в небо.

29. Ответ: а). Прозвище «Косопусы» Рязань получила за манеру закидывать топоры для Кушака под Тулупом. Топор на поясе перевернул ремень, так получилась фигура ложки.

30. Ответ: а). Это стихотворение советской и российской балкарской поэтессы, народного поэта Кабардино-Балкарского АССРА Танзили Мустафаевны Зумаку? Lov.

В Москве главной площадкой стал дом Пашкова, на нем находились и чиновники из администрации президента, и деятели культуры.Диктовка прошла также на борту МКС, на ледоколе в Мурманской области и впервые в Крыму. В каждом регионе по 10 вопросов были посвящены местным традициям и культуре. Например, во Владивостоке многие задавали вопрос, какого цвета светильники у уссурийских казаков.

Диктант прошел в одном из самых многонациональных регионов России. Цитадель Нарын-Кала – Визитная карточка Дербента. Историко-культурный памятник мирового значения. Город считается одним из старейших в России, его жители недавно отметили 2000-летие.На территории крепости и прошел этнографический диктант.

Внутри то ни строение, то памятник архитектуры. Диктаж решили провести рядом с Хаупвахтой, это здание было построено в начале XIX века для гарнизона королевских войск. Участвовать мог любой желающий, независимо от пола и возраста. За одной партой можно было встретить именитых спортсменов, заслуженных учителей, школьников и чиновников разного ранга.

Это второй этнографический диктант о знании культур и традиций россиян.В стране проживает более 190 коренных народов, и только один список живет в одном Дагестане. Во все времена эта земля называлась «Горными языками». Так что, наверное, многие сегодня впервые услышали, что пунц живут в России. Количество всех объединенных ласк, сопоставимое с количеством жителей небольшого городка, составляет около 10 тысяч человек.

Хизри Асадулаев , скульптор, поэт, писатель: «Мы разговариваем друг с другом на резком языке, с аварцами на аварском, с русскими и с остальными людьми на русском.«

Какой язык занесен в Книгу рекордов Гиннеса по количеству заболевших? В прошлый раз этот вопрос почти все участники диктанта называли Каверзн. Табасаранцы, один из народов Дагестана, используют 46 подж в речи. считают этот язык одним из самых сложных в мире.

Марина Гасанова , директор Центра изучения родных языков ДГУ: «В табасарском языке есть такие специфические звуки, которых даже нет в другие дагестанские языки, не говоря уже о европейских языках, в том числе и русском.Например, невеста – ФУФФ, или шакал – Футм, это такая фишка табасарского языка. «

В диктовке этого года вопросов по-прежнему 30,. Как рассказывают участники, сложных на этот раз всего несколько. Например, спор о том, что Сабантуй довел участников до неожиданной откровенности.

:« Это праздник, а не блюдо, у меня муж мусульманин ».

Участник этнографического диктанта :« А у меня есть любовник! »

Общая сумма баллов, которые можно получить за правильное выполнение всех заданий, составляет ровно 30, то есть по одному на каждый правильный ответ.Результаты будут представлены ко Дню Конституции России.

.

Вам может понравится

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.